Как сделать потайной люк

Как сделать потайной люк



Как сделать потайной люк

Как сделать потайной люк

Как сделать потайной люк

Дроздов Анатолий Федорович:

[]   []  [] [] [] [] []
  • Аннотация:
    Слегка сокращенный текст полной версии романа доступен для онлайн-чтения на сайте "Создатели миров" в разделе "Книги". Ссылка: http://www.creators-of-worlds.ru/blog/2013-10-31-431 На Земле некогда жили отсталые народы, которым цивилизованные собратья решили помочь. Что из этого вышло, известно из учебников истории. В космическую эру земляне, открыв отсталую планету, создали Миссию помощи. Добрыми намерениями вымощена дорога в ад. Случилось страшное: "примитивный" абориген добрался до земного оружия. И выяснилось: противостоять нечем... Черновой вариант.

Анатолий Дроздов

  

Обезьяна с гранатой

  

Роман

   1.       Город показался внезапно. Только что перед глазами маячила дорога; пыльная, разбитая, с колеями, прорезанными колесами повозок, она взбегала по склону и терялась в серых, безрадостных осенних облаках. И вот дорога исчезла. Взору открылась обширная котловина, далеко просматриваемая с вершины холма, а посреди нее, на скале, омываемой рукавами Соны, вознесся шпилями сторожевых башен могучий Бар де Дюк, столица герцогства, город славный и благородный, овеянный легендами и ненавидимый врагами. Словно подчиняясь торжественности момента, из-за облака выглянуло солнце. Стены и башни, сложенные из известняка, засверкали в его лучах и, отразившись в водах Сонны, окрасили их в молочно-белый цвет.    Рей остановил коня и некоторое время смотрел на город. За годы его отсутствия Бар не изменился. Все та же река, те же стены, и разбитая дорога, которую не успели или не захотели замостить. Рей оглянулся. Люк маячил за спиной, привычно отстав на корпус лошади. Его скуластое, смуглое лицо с глазами-щелочками не выражало эмоций. Рей сделал знак. Люк подъехал и остановился рядом.    - Нравится?    Мерриец привстал на стременах, будто желая заглянуть за стены, постоял так, после чего опустился в седло и покачал головой.    - Почему?    Люк сдвинул ладони, что означало: "Тесно!"    - Ты как всегда прав! - вздохнул Рей и взялся за поводья. Жеребец, предчувствуя отдых и овес в кормушке, рванул с места, но, ощутив удила, смирился и перешел на рысь. Следом устремилась кобылка Люка. Всадники спустились в котловину. Неподалеку от моста через рукав Соны, на пригорке у дуба стояла виселица. Три тела качались под перекладиной. Рей остановил коня и присмотрелся. Двое из повешенных, судя по одежде, были простолюдинами, а вот на третьем оказался бархатный зеленый камзол с золотыми пуговицами, почему-то до сих пор еще не срезанными. Сапоги казненных тоже не тронули - за виселицей явно присматривали. Лиц повешенных не разобрать - расклевали птицы. Рей качнул головой и тронул поводья.    Подвесной мост был опущен. Копыта простучали по деревянному настилу и затихли. Въезд в город преграждали ежи. Наспех сделанные из заостренных кольев, легкие, но для коня непреодолимые. Жеребец Рея, приблизившись, замер и недовольно фыркнул. Острия кольев смотрели ему прямо в грудь.    - Эй, кто там? - окликнул Рей.    Под сводами привратной караулки показался страж. Он был в полном боевом облачении: шлеме, кожаной рубахе-доспехе, обшитой железными пластинами и копьем в правой руке. Разглядев гостей, страж подошел ближе и протиснулся между ежами.    - Въездная грамота?    Стражник тянул руку. У него недоставало передних зубов, и черный прогал, показавшийся под губой, делал его лицо уродливым.    - Какая въездная? - удивился Рей. - С каких это пор?    - С таких! - стражник сплюнул. - Есть или нет?    - Я барон де Бюи...    - По мне хоть граф! - перебил стражник и снова сплюнул. - Или давай въездную или проваливай!    Рей нахмурился. Страж разговаривал грубо. В прежние времена Рей, не задумываясь, перетянул бы его мечом плашмя по наглой морде, но за прошедшие годы в Баре что-то поменялось. Не стоило нарываться. Но что делать? Гонец, прискакавший в Бюи, грамоты не привез - передал приглашение на словах. Они с Люком добирались сюда неделю. Теперь что, возвращаться?    - Жак! Кто там?    От караулки спешил воин в берете из голубого бархата и таком же сюрко, наброшенном поверх кольчуги. Сюрко украшал черный ястреб, сжимающий в лапах меч - герб герцогства.    - Вот, господин лейтенант! - страж ткнул пальцем в Рея. - Приехал, а въездной нет. Поворачивать не хочет. Кликнуть лучников?    - Рей? - воскликнул лейтенант, вглядевшись в путника.    - Как видишь! - усмехнулся барон. - Рад видеть тебя, Тьерри! С чего загородился? Нечистая сила в округе? Или герцогиню женихи одолели? Которую? Правящую или младшую?    - Убрать! - рявкнул Тьерри, указывая на еж. - Немедленно!    - Так это... - смутился стражник. - Приказ. Не велено без въездной.    - Он назвался?    - Какой-то Дуи.    - Десять плетей! - прошипел Тьерри. - И лично прослежу, чтоб палач не щадил. Ты чем слушал на разводе? Барона де Бюи велено впускать незамедлительно, не спрашивая въездной. Забыл?    - Нам что Бюи, что Дуи, - бормотал стражник, оттаскивая еж. - Всех не упомнить. Много их ездит, благородных. За каждого плетей получать? И без того спина порченная. Мало их герцогиня вешала...    К счастью для Жака его не слышали. Лейтенант и соскочивший на мостовую барон обнимались и хлопали друг друга по спинам. Люк, оставшийся в седле, смотрел на это с невозмутимым видом.    - Пять лет! - воскликнул Тьерри, отступая. - А будто бы вчера. Ты изменился.    - Ты тоже не помолодел! - подыграл Рей. - Что тут у вас? Война?    - Потом! - ответил приятель, оглядываясь на стража. - Это кто? - Он указал на меррийца.    - Оруженосец. Его зовут Люк.    - Узнаю Рея! - захохотал Тьерри. - Взять в шевалье меррийца!    - Можешь испытать его в поединке, - предложил барон. - Но учти, я поставлю на Люка!    - Будет тебе! - отмахнулся приятель. - Проголодался? Я угощаю. У дядюшки Огюста сегодня копченые ребрышки.    - Жив еще? - оживился Рей.    - Эту крысу уморишь! - хмыкнул Тьерри.    Сказав что-то хмурому Жаку, лейтенант вскочил в седло, и все трое втянулись в раскрытые ворота. Ехать пришлось недалеко. В квартале от городских стен, на углу двух улиц стояло двухэтажное здание, сложенное из блоков известняка. Время покрыло их пылью, балки черепичной крыши потемнели, но постоялый двор от этого приобрел только солидность. На вывеске, приколоченной над дверями, был намалеван поросенок, исходящий жиром на вертеле. Краски поблекли, но поросенок по-прежнему выглядел аппетитно. Надпись на общеимперском сообщала: "Дядюшка Огюст. Кормим вкусно, стелем мягко!".    Поручив конюху лошадей, путники шагнули в полумрак харчевни. Несмотря на полуденный час, посетителей было на удивление мало. За стойкой у входа торчало лицо старика. Годы сделали его похожим на деревянную статую, потемневшую и покрытую трещинами. Завидев гостей, дядюшка Огюст, а это был он, осклабился, показав беззубые десны, и взмахом руки подозвал слугу. Тот подлетел и проводил гостей в зал для благородной публики. Люк, не желая мешать приятелям, остался в общем. Тьерри выбрал стол, и они сели.    - Вина! - приказал лейтенант. - Самого лучшего. Поросятину с хреном и ребрышки. Двойную порцию. Мигом!    Слуга словно испарился.    - Пахнет как прежде! - заметил Рей, принюхиваясь. - Копченая свинина, майоран, базилик...И свежий хлеб, конечно.    - Хоть что-то не меняется! - буркнул Тьерри.    Барон хотел его о чем-то спросить, но в этот момент явился слуга. Сгрузив на стол кувшин с вином, кубки и блюдо, исходящее паром, он разложил ломти свежеиспеченного хлеба, сбросив на них куски поросятины. Приятели подождали, пока слуга наполнят кубки, сдвинули их, выпили и набросились за еду. Поросятина оказалась чудо как хороша. Парная, в меру подсоленная и острая, она услаждала рот и приятным грузом спускалась в желудок. Расправившись с ней, едоки вытерли руки хлебом и потянулись к ребрышкам. Пряное, пахнущее дымком мясо легко отделялось от косточек и, перемалываемое молодыми зубами, устремлялась в желудки, орошаемое с водопадами вина. Время не имело власти над дядюшкой Огюстом: в харчевне готовили также вкусно, как и много лет назад. Покончив с ребрышками, приятели, не сговариваясь, рыгнули и приложились к кубкам.    - Ты запоздал, - начал лейтенант. - Ждали раньше.    - В Дурге чума, - отозвал Рей, ставя кубок. - Пришлось объезжать. Это лишние два дня.    - Чума? - удивился Тьерри. - Не слышал.    - Может, и не чума, - не стал спорить барон. - Но патрули заворачивают путников. Что происходит? Заставы на дорогах, виселицы с благородными, въездные грамоты, ежи...    - Раскрыли заговор.    - Против кого?    - Правящей герцогини.    - С чего бы это? - удивился Рей. - Через месяц дочь герцога станет совершеннолетней, и регентша отправится на покой. Кому нужно?    - Не знаю! - насупился лейтенант. - Объявили: был заговор. После чего повесили графа Эно и двух его слуг.    Рей присвистнул.    - Вот именно! - подтвердил Тьерри. - Зачем богатейшему вельможе герцогства лезть в политику? Кроме девок и жратвы, его ничего не интересовало - об этом весь Бар знал. Ничего не понимаю, Рей! Эти заговоры, закрытые въезд и выезд... Люди боятся выходить из домов, рынки пустуют, купцы нас объезжают. В это время у дядюшки Огюста, обычно, не протолкнуться, а сегодня, ты сам видел - пусто. Что-то назревает, только я не знаю, что. Да и кто скажет? Я всего лишь лейтенант стражи, такой же, как и пять лет назад.    - Почему не вырос? - спросил Рей. - Провинился?    - Если бы! Жилы тянул. За пять лет хоть бы деревню пожаловали! Знаешь, сколько земель за это время раздали? И все - худородным. Провинциальные шевалье, у которых и коня-то доброго не было, превратились в баронов и виконтов. А мне, барону Д'Эмбрезу в шестнадцатом колене - ничего! Почему такая несправедливость? Их деды копались в навозе...    - Мой тоже, - сказал Рей.    Тьерри смутился.    - Прости! Я не имел тебя в виду.    - Отчего же? - пожал плечами Рей. - Дед мой был простым вилланом, отец - мечником у маршала Родгера. Отец получил баронство после того как маршал стал герцогом.    - Его пожаловал сам Родгер! За храбрость! А эта шлюха!..    Лейтенант осекся и огляделся. На половине для благородных кроме них никого не было.    - Говорят, - продолжил Тьерри, понизив голос. - Она раздает титулы тем, кто ублажит ее в постели. Представляешь?    Барон пожал плечами.    - А я тяну лямку в своей страже...    - Отчего не в постели? - Рей окинул приятеля веселым взглядом. - Ты молод и хорош собой... Рискни!    - Ну, тебя! - обиделся Тьерри.    Они помолчали.    - Как жена? - спросил Тьерри. - Здорова?    - Умерла, - сказал Рей тусклым голосом.    - Давно? - удивился лейтенант.    - Весной.    "Болела?" - хотел спросить Тьерри, но, споткнувшись о взгляд приятеля, не решился.    - Знаешь! - вымолвил, осклабившись. - Тут только и говорят, что о твоей победе над норгами. Целые легенды ходят. Простой барон из Пограничья вынудил норгов откочевать. Как удалось?    - Попросил.    - Шутник! - лейтенант захохотал. - Наши гадают: как сделал? В заклад бьются. Взял плен главного шамана или вождя? Заставил того заключить договор?    - Я не отпускал пленных.    - Тогда откупился. Но чем? Норги не признают золота, берут только коней и рабов. У тебя не могло быть столько.    - Я не платил.    - А что сделал?    - Убил их. Всех.    "Как?" - хотел сказать Тьерри, но, натолкнувшись на взгляд барона, промолчал. А тот, плеснув себе из кувшина, не спеша выпил.    - Тебе лучше остановиться у Огюста, - сказал лейтенант, отводя взгляд. - На постоялом дворе полно комнат, есть даже с отдельным входом. Удобно, если нужно привести кого-то тайно ...    Он осекся. Рей согласно кивнул.    - Тогда... - начал Тьерри и не договорил. В зал шагнул странно обряженный человек. Его голубое, бархатное трико было украшено черными ромбами, как и колпак с длинной кисточкой, свисавшей до плеча. Сапоги с длинными, острыми носами и золотая цепь с гербом герцогства на груди говорили о принадлежности незнакомца к власти.    - Благородные господа! - воскликнул ряженный. - Кто из вас барон де Бюи?    - Я! - ответил Рей, с любопытством разглядывая явление.    - Ее светлость герцогиня Барская Элеонора приглашает вас на вечерний прием. Примите!    Ряженый подал Рею свернутую в трубочку грамоту.    - Передайте, что непременно буду! - заверил барон.    Ряженный церемонно поклонился и вышел.    - Что за чучело? - спросил Рей.    - Герольд! - вздохнул Тьерри. - Недавно завели. Барон, между прочим.    - Родгер обходился посыльным.    - Многое поменялось, - буркнул лейтенант. - Счастливчик! Не успел приехать, как уже зовут. Другие неделями ожидают.    - Не напрашивался.    - Рей! - Тьерри схватил его руку. - Это не случайно. Тебя ожидают милости. Наверное, награда за норгов. Прошу! Ради нашей дружбы... Замолви словечко! Сколько мне в лейтенантах ходить?!    - Ладно! - согласился барон, пряча грамоту.             Ступив в тронный зал, Рей остановился и закрутил головой. Ожидавших приема было немного. С десяток баронов, явно провинциальных, судя по безвкусно обвешанной драгоценностями одежде, их жены и дочери, так же нелепо разряженные, несколько придворных, гвардейские офицеры - всего человек тридцать. Зал мог вместить в разы больше. И вмещал. При покойном герцоге на прием являлись, кому не лень. Старый вояка, начавший службу простым солдатом, Родгер не любил церемоний. К нему запросто обращались на улицах и в харчевнях, герцог шутил с простолюдинами и мог хлопнуть по заду проходящую девку. Та взвизгивала, а Родгер хохотал, задирая голову на бычьей шее. На прием к нему приходили, обвешанные оружием, порою во хмелю, но маршал, сам не дурак выпить, никого не выгонял. Вино и оружие провоцировало ссоры, дворяне в зале сцеплялись, в ответ Родгер трубно рычал, и спорщики умолкали, опасаясь прогневать маршала. Его боялись больше врагов. Для поединков существовали оговоренные места, дуэлянтам не препятствовали, только иногда герцог обещал сослать самых ретивых на границу с норгами. "Дворяне наши грубы и необузданны, - говорил он. - Только сталь может научить их вежливости". О том, что времена изменились, Рей понял, входя во дворец. Стража изъяла у него рапиру, оставив меррийский тан с коротким лезвием. Да и на тот косились. Рей видел, как у какого-то дворянина отобрали дагу, выдав вместо нее кинжал в простеньких ножнах. Оставить благородного совсем без оружия в Баре пока не решались.    Появление Рея не осталось незамеченным. Он увидел, как зашептались придворные, переглянулись гвардейцы, а провинциальные бароны и вовсе вытаращились, не отводя взоров. В прежние времена за такой взгляд пригласили бы на дуэль, но Рей уже привыкал к новым правилам. У тому же сам виноват - не стал наряжаться. Черный, строгий камзол из киеннского сукна и такие же кюлоты, заправленные в ботфорты - не одежда для парадных приемов. Украшений нет, даже пуговицы и те костяные. Если б не полоска кружев по краям воротника и рукавов, сошел бы за писца или стряпчего.    Знакомых лиц в зале не оказалось, пять лет - это слишком много. Рей почувствовал себя неуютно. Он собрался отступить к стене, как рядом кашлянули. Рей повернулся.    - Господин барон?    - Ваше сиятельство?    Рей поклонился. Знакомое лицо нашлось. Худое, морщинистое в обрамлении аккуратно причесанных седых волос, оно выражало неподдельный интерес. Граф Хавьер де Трегье, посол Его Императорского Величества Бодуэна Второго, не изменился со времени их последней встречи. Даже золотая брошь в виде дракона с глазом из круглого сапфира была по-прежнему приколота к камзолу. "Сколько же ему лет? - подумал Рей. - Он появился в Баре еще до Родгера, а маршал правил двадцать один год..."    - Давно не бывали в столице, Рейнольдс? - продолжил посол. - Вы позволите называть вас так? Мой возраст дает мне право...    - Лучше Рей! - перебил барон. - Друзья зовут меня так.    - Рад оказаться в их числе, - поклонился граф. - Смотрю, растерялись? Не удивительно: столько лет минуло. Позволите стать вашим спутником и ввести в курс дел?    - Буду благодарен! - вернул любезность Рей.    - Договорились! Давно прибыли?    - Сегодня.    - И сходу во дворец?    - Пригласили.    - Это неспроста! - де Трегье взял Рея под локоть. - Вас ожидают великие милости. Догадываетесь, почему?    - Изгнал норгов.    - Я слышал, - пожевал губами граф. - Но не думаю, что причина в этом. Кстати, как справились с дикарями? Никому ранее не удавалось их прогнать.    Рей пожал плечами, давая понять, что не настроен продолжать разговор на эту тему. Де Трегье будто не заметил.    - Причину вашего спешного приглашения мы узнаем скоро, - сказал, улыбаясь. - Ах, молодой человек! - он погрозил Рею высохшим пальцем. - Завидую вашей молодости и красоте. Где мои пятьдесят?..    Удар жезла о пол прервали словоохотливого старика.    - Леди Алэйне! Дочь и наследница титула герцога Барского!    Мужчины в зале склонили головы. Рей с графом последовали их примеру. Когда барон выпрямился, то разглядел девушку в розовом платье и диадемой в каштановых волосах. Она двигалась к центру зала, чуть заметно кивая в ответ на приветствия. При ее приближении женщины приседали. Наследницу сопровождала фрейлина, такая же юная и тоже в розовом. Алэйне приблизилась. Рей смотрел на нее с интересом. Воспоминания о дочери Родгера у него сохранились смутные. Нечто порывистое, конопатое, с курносым носиком и угловатыми плечиками носилось по дворцу и пыталось уговорить Рея учить ее фехтованию. Он не понимал, почему из сонма гвардейских офицеров девочка избрала именно его, и еле отговорился. Прежний смешной подросток превратился в леди. Алэйне подросла, но не слишком - Рею чуть выше плеча. Крепко сбитая, но изящная фигурка. Носик по-прежнему задран, но уже не так дерзко. Остальное из-за белил, густо укрывавших лицо Алэйне, и жирно насурмленных бровей было не разглядеть. Губы девушки были накрашены кармином.    Встретившись взглядом с бароном, наследница вздрогнула. Рею показалось, что в глазах ее мелькнул страх. Алэйне, впрочем, мигом оправилась и подошла ближе.    - Рада вас видеть, барон!    - Благодарю, миледи! - склонился Рей.    - Давно приехали?    - Сегодня.    - И сразу сюда?    - Как повелели.    В глазах Алэйне что-то мелькнуло, но Рей не понял, что.    - Сочувствую вашему горю!    Она протянула руку. Рей, склонившись, коснулся губами дрогнувших пальчиков. Наследница двинулась дальше, барон, не отрываясь, смотрел ей вслед. "Знает! - думал он. - Откуда? Тьерри даже не подозревал..."    Он не видел, как взгляды гостей скрестились на нем. Рей оказался единственным, с кем соизволила говорить наследница. Тем временем та пересекла зал, поднялась на возвышение и встала обочь трона. Фрейлина заняла место за ее спиной. Рядом кашлянули. Рей обернулся к графу.    - Не советую строить планы насчет наследницы, - шепнул старик. - Во-первых, это не понравится правящей герцогине...    - А, во-вторых?    - Зря потратите время. Алэйне не привлекают мужчины. Она испытывает противоестественное влечение к лицам одного с нею пола. Фрейлина, которую вы видели, очередная фаворитка.    "Господь всемилостивый! - подумал Рей. - Хорошо, что Родгер не дожил..."    Стук жезла о каменный пол прервали его думы.    - Ее светлость, правящая герцогиня Барская!    Элеонора вошла стремительным шагом. Подол длинного платья развевался вокруг ног, подметая каменные плиты. Следом поспешали фрейлины и охрана из гвардейцев в полном вооружении. "Эти-то зачем?" - успел подумать Рей, прежде чем согнуться в поклоне. Взволнованный встречей, он не успел разглядеть Элеонору, да и та не представила такой возможности. Быстро пройдя сквозь расступившихся гостей, она поднялась на возвышение и опустилась на трон. Фрейлины встали сбоку - на противоположной от наследницы стороне, гвардейцы образовали впереди непреодолимый ряд. Вновь стукнул жезл, и говор, возникший при появлении герцогини, стих.    - Барон Рейнольдс де Бюи, - произнесла Элеонора звучным голосом, - подойдите!    Рей подчинился. Перед ним расступались, даже гвардейцы разомкнули строй, позволив гостю оказаться в шаге от трона.    "Все такая же! - успел подумать барон, склоняя голову. - Ослепительная".    Он не стал опускаться на колено, как того требовал этикет, заботливо продиктованный майордомом. Вместе с титулом бароны де Бюи получили право не сгибать колени и сидеть в присутствии герцогов. Родгер раздавал такие привилегии щедро.    - Спасибо, барон, что откликнулись на наш зов, - продолжила Элеонора, после того как Рей выпрямился. - Бару как никогда нужны храбрые и умелые защитники. Барон де Бюи, - герцогиня возвысила голос, - с малым войском, состоявшем из личной стражи и ополчением из шевалье, отбил нападение норгов, заставив варваров откочевать. Южная граница стала мирной. Такого не было на протяжении последних двадцати лет. Победа досталась тяжкой ценой. При набеге погибла жена барона и многие его подданные. Мы сочувствуем де Бюи и готовы щедро вознаградить его за преданность. Графство Эно потеряло владельца. Вы, Рейнольдс, станете новым.    За спиной Рея ахнули и загомонили.    - Благодарю, ваша светлость! - выдавил Рей, отступая от трона.    Его немедленно окружили. Барончики, придворные, гвардейцы наперебой сыпали поздравлениями, трясли руки, провинциальные матроны выталкивали перед собой прыщавых дочек, выкрикивая их имена. Рея оглушили и даже слегка помяли. К счастью, удар жезла прекратил это бурное проявление чувств. К трону потянулся очередной гость.    - Как видите, я оказался прав! - Возникший сбоку посол ухватил Рея за локоть. - Думаю, эта не последняя милость.    - Я бы выпил! - сказал Рей.    - Уходить до окончания приема невежливо, - хмыкнул граф, - но меня простят. Вам так и вовсе ничего не грозит. Идем! Неподалеку есть чудная харчевня...    Короткое время спустя они сидели за столом. Масляная лампа, подвешенная сверху, светила мягко, придавая залу харчевни уют. Рею было приятно сидеть, потягивая вино, и слушать болтовню графа.    - Попробуйте пулярку! - уговаривал он Рея. - Здесь чудно готовят. А эта подлива из грибов с кардамоном, шафраном и базиликом! Они очищают кровь и придает силу в постели, - де Трегье усмехнулся, - думаю, вам это пригодится.    Рей послушно отрезал себе кусок, но жевал, не чувствуя вкуса. Элеонора...Изящная корона, приколотая к высокой прическе, мягкий овал лица, точеный нос, огромные глаза... Время только добавило герцогине очарования, отшлифовав прежнюю красоту. А ведь и пять лет назад о ней грезили многие, даже те, кто не мог рассчитывать на взаимность. Рей рассчитывал...    "Угомонись! - одернул себя барон. - Она изменилась, и ты знаешь, как. Забудь!" Память услужливо подсказала нужные сведения, и Рей нахмурился.    - Да, барон, - сказал де Трегье, по-своему поняв его гримасу, - вы еще не граф. Это только пообещали. За стычку с дикарями титулами не жалуют, она - повод. От вас потребуют иной услуги, причем, очень значительной и опасной.    - Какой? - спросил Рей.    - Могу лишь догадываться, - пожал плечами граф. - Хотите совет?    Рей кивнул.    - Проявите благоразумие. Получив необычное предложение, задумайтесь. Титул и земли - это хорошо, но бедняге Эно они не слишком помогли.    - Почему вы заботитесь обо мне?    - Во-первых, это мой долг, - сказал граф. - Киенне не нравится происходящее в Баре. Во-вторых, вы мне нравитесь. Я обожаю умных людей.    "С чего взяли, что я умен?" - хотел спросить Рей, но в этот момент к столику подошли.    - Вас ждут, барон! - сказал человек в ливрее.    - Я же говорил! - вздохнул де Трегье, но Рей его уже не слышал.       2.       Сигнал раздался во время ужина. На виртуальном экране возник и заморгал номер абонента, запрашивающего связь. Ник и Сергей, не сговариваясь, переглянулись. Вызов от наблюдателя означал головную боль, возможно, длительную.    - Это Бар, - сказал Сергей.    - Соедини! - велел Ник, с сожалением отодвигая тарелку с рыбной пастой.    Сергей сделал жест пальцем. Перед кураторами возникло морщинистое лицо посла Киенны в герцогстве Бар графа де Трегье.    - Ситуация номер тринадцать, пункт один, - доложил граф на чистом русском языке.    - Здравствуйте, Геннадий Андреевич! - улыбнулся Сергей.    - И вам доброго здоровья! - буркнул граф.    - Что случилось?    - Государственный переворот.    - Когда произошел?    - Ожидаю завтра.    - Отчет выслали? - спросил Ник, кося взглядом на оставленную тарелку.    - Разумеется! - нахмурился старик. - Я на Гее сорок третий год, и порядок знаю. Потом прочтете. Нужно обсудить.    - Извините! - сказал Сергей, укоризненно глянув на американца. Наблюдатель имеет право связаться с кураторами в любое время. Другое дело, что они этим не злоупотребляют. Если дядя Гена решился, значит, дела серьезные.    - Излагайте! - вздохнул Ник.    - В столицу прибыл Рейнольдс де Бюи, в прошлом офицер гвардии, владелец баронства в Южном Приграничье. Весной он выиграл войну с норгами. Заставить тех откочевать, чего прежде не удавалось. В ходе набега барон потерял жену. Обстоятельства войны неизвестны, но есть основания полагать: барон расправился с кочевниками с запредельной жестокостью.    - Твою мать! - прошептал Сергей.    - По прибытию барона вызвали во дворец. Он был обласкан герцогиней, которая пообещала Рейнольдсу графство Эно. По завершению приема барона пригласили на приватную аудиенцию, где он и пребывает по сей час. Думаю, что до утра.    Сергей забегал пальцами по виртуальной клавиатуре. На экране возникли портреты и резюме из предыдущих отчетов. Лицо де Бюи компьютер вытащил из съемки, отосланной наблюдателем только что. Кураторы какое-то время вглядывались. "Волк! - подумал Сергей. - Такой зарежет - и глазом не моргнет!"    - Элеонора готовит переворот. Она занялась этим два года назад - сразу по смерти мужа. Вербовала преданных, устраняла неугодных. Казнены сподвижники герцога, самые стойкие и влиятельные. Обвинение стандартное - покушение на жизнь герцогини. Земли и титулы розданы приближенным, главным образом из худородных дворян. Каждый предварительно прошел через спальню герцогини.    Ник скривился.    - У нее все готово. Дело за малым - устранением наследницы. Элеонора не решается на этот шаг, опасаясь бунта знати. Небезосновательно. Часть сподвижников Родгера под предводительством графа Готарда заперлась в Дурге и не повинуется Бару. За ними могут последовать другие. Следовало скомпрометировать наследницу. Выход нашли. Использован слух, что Алэйне - лесбиянка. В религиозном герцогстве, каким является Бар, это преступление.    - Слух - клевета или правда? - спросил Ник.    Наблюдатель замялся.    - Боюсь, что правда, - ответил, вздохнув.    Ник поморщился.    - Элеоноре не хватало исполнителя, - продолжил граф. - Смерть наследницы следует подать под нужным соусом. Если убьет дворянин, возмущенный развратом Алэйне, к тому же популярный у народа и знати... Такого долго искали и нашли.    - Де Бюи? - спросил Сергей.    - Идеальная кандидатура. Любимец гвардии и покойного герцога, незнатного происхождения, но уважаемый знатью. Победа над норгами принесла ему славу, гибель жены - сочувствие. Такой вправе судить и наказывать. Элеонора сделала верный выбор.    - Он согласится? - спросил Ник.    - Барон известен, как человек чести. Но...    - Что? - спросил Ник.    - Слишком заманчиво! Эно - богатейшее графство.    - Вы говорили с Рейнольдсом?    - К отчету приложена видеозапись. Предупредил, как мог. Но у герцогини мощный аргумент. Если барон откажется, ему предложат супружество.    - То есть герцогство! - присвистнул Сергей.    - Против этого трудно устоять. Элеонора торопится: через месяц наследница станет взрослой. Регентшу отстранят, и, есть основания полагать, что отправят на плаху. Алэйне ненавидит мачеху. Герцогиня готова на все. Станет барон ее мужем, или тихо скончается после убийства наследницы - в конечном счете, не важно. Мавр сделает свое дело...    - Вы знаете это наверняка? - спросил Ник.    - У меня нет камер в спальне герцогини, - вздохнул граф, - их там трудно установить. Рейнольдс сейчас в спальне.    - А Киенна? - встрял Сергей.    - Не станет вмешиваться. Королю не понравится смерть Алэйне, та двоюродная племянница по линии жены. Но войны не будет, империя не оправилась от прошлой. Так сказал Хорхе. Киенне от Бара нужна лояльность, Элеонора ее обеспечит. Тем дело и кончится.    - Ваши предложения? - спросил Ник.    - Вывезти Алэйне в Киенну. Получим повод для давления на Бар. Наследница герцогства в метрополии - это очень убедительно.    - Как планируете осуществить?    - У меня есть верные люди. Выведем из дворца и переправим.    - До Киенны - двести пятьдесят лье или тысяча километров. Три недели пути. Вас нагонят и убьют.    - Используем флаер.    - Раскроем аборигенам тайну Миссии? Вы в своем уме?    - Алэйне можно усыпить.    - А что скажем, как проснется? Как объяснить мгновенное перемещение? Тем более что она женщина и от природы любопытна. Хотите или нет, но секрет придется раскрыть.    - Рано или поздно его узнают, - вздохнул де Трегье. - Аборигены - люди сметливые.    - Вы помните, чем это кончилось на заре Миссии? - Ник поджал губы. - Аснемская резня. Погиб наблюдатель и две тысячи аборигенов. Графство на полвека погрузилось в мрак. Тогда списали на нечистую силу. Киенна - просвещенное королевство, в ней не получится. Наблюдателей станут искать, требовать от них оружие, в случае отказа - уничтожать. Хотите поставить Миссию под удар? Из-за какой-то девчонки, к тому же лесбиянки? Этих переворотов на Гее по десятку на год! Действовать запрещаю! Конец связи!    Ник щелкнул пальцами, лицо графа пропало с экрана. Американец вернулся к столу и придвинул тарелку.    "Сволочь! - подумал Сергей. - Зачем так? Он тебе в деды годится! Посидел бы там сам, посмотрел, как людей режут... Геннадий Андреевич эту девочку на руках носил, видео есть. Мормон хренов! Лесбиянка ему не по нраву! Давно парады геев устраивали? Спохватились, когда те пробрались во власть и устроили апокалипсис. Тогда вспомнили про Содом и Гоморру..."    Вслух этого Сергей говорить не стал.    - Отдохну! - сказал, вставая.    Ник молча кивнул - смена напарника кончилась. Сергей перебрался к себе в отсек и включил комп. Пролистал историю Миссии, вздохнул. Неприятно признаваться, но американец прав. Кроме Аснема, были другие инциденты. В одном королевстве наблюдатель вмешался политику - активно и неумело. Король велел "умника" проучить. Королевская стража не придумала ничего лучшего, как окружить дом землянина и стрелять из луков по окнам. Убили двух слуг и лучшего друга хозяина. Наблюдатель, рассвирепев, вытащил из тайника оружие. На беду спутник летел стороной, ЧП углядели не сразу. Когда явились спасатели, королевский дворец пылал. Наблюдателя нашли в столовой, где он делал из королька шашлык. Голова правителя красовалась на блюде, а тушу обезумевший землянин шинковал мечом. После этого случая у наблюдателей изъяли оружие и запретили возвращаться на Землю. Ученые, готовые обосновать все, что закажут, заявили: Гея необратимо меняет психику. У землян пробуждается агрессивность и неудержимая страсть к насилию...    "Эти чертовы янки всегда в теме, - подумал Сергей. - Инструкции знают до буквы, поступают строго по правилам, поэтому старшим в экипаже Ник, а не ты. Только все равно не по-людски!"    Сергей выключил комп и лег на койку.    ...С ядерного взрыва и началось. То, о чем предупреждали, свершилось в Вашингтоне. Страна, ошалев от политкорректности, избрала президентом демократа-гея. Сев в Белом Доме, тот о политкорректности забыл. Ключевые посты раздал своим. "Голубые" и "розовые" стали прессовать мир. Критерием лояльности служило отношение к геям. С Западной Европой разобрались быстро - "натуралов" там задавили быстро и жестко. Россию и союзные с ней страны не тронули - побоялись. Полезли к арабам. Приверженцы ислама требование принять законы об однополых браках с возмущением отвергли. Из Вашингтона раздался рык. К берегам Азии и Африки потянулись авианосцы - вразумлять. Разноцветная администрация даже не задумалась: нужно ли это США?    Где смертники добыли заряд, узнать не удалось. Грешили на Пакистан и Иран, но те открестились. Прозвучал намек в адрес России, но та оскалила зубы. Повторилась атака 11 сентября, только в этот раз по другому сценарию. Грузовой самолет с бомбой, перевозивший по документам медицинское оборудование, явился в небе над Вашингтоном, где и взорвался. Город и сотни тысяч жителей превратились в пыль. Мир обомлел и начал трезветь. Свалить все на "плохих" арабов, как прежде, не удалось: в США помнили, кто первый начал. "Разноцветные" к тому времени сидели в печенках у всего мира. Волна возмущения, прокатившаяся по планете, смыла "цветных" в канализацию. Их не только вышибли из правительственных кабинетов, но и ввели в уголовные кодексы статьи за пропаганду голубизны. Тех, кто пытался спорить, посадили. Этим не ограничилось. Ядерное оружие взяли под международный контроль. С инициативой выступили США, заставив планету онеметь от изумления. Когда к руководителям стран вернулась возможность разговаривать, они попросили США показать пример. Те открыли арсеналы. Попробовали бы не открыть! Атмосфера в Америке после ядерного взрыва была настолько накалена, что новое правительство боялось дохнуть неправильно. Оружие под контроль мир взял. Кое-кто, вроде Индии и примкнувшего к ней Израиля, пробовали протестовать. Им быстро и доходчиво объяснили, в чем суть и как в нее дуть. Одновременно разобрались с террористами. Оказалось, при желании это не сложно. Стоит перекрыть кислород спонсорам, как "неуловимые Джо", а также Ибрагимы и Ахмеды, очень даже ловятся. Их отыскали и грохнули, не заморачиваясь арестами и показательными судами.    На планете стали возрождаться империи. Объединялись страны, даже враждовавшие в прошлом, вроде Индии и Пакистана. Вместе им оказалось уютнее. Армии империй усохли - воевать стало не с кем. Освободившиеся средства направили на развитие космоса. Земля исчерпала полезные ископаемые, требовались иные источники. Так открыли "озон-переход". Его назвали так из-за запаха, возникавшего при выходе из гиперпространства. Корабли-буксировщики потащили к Земле астероиды. На орбите их перерабатывали, спуская на землю конечный продукт. В ближнем космосе астероиды кончились быстро, стали исследовать в дальний. Тогда и открыли Гею...    Эта весть ошеломила землян. Обитаемая планета, населенная людьми, идентичными землянам по генетическому коду! Схожие атмосфера и климат, периоды обращения и тяготение. Вторая Земля! Скоро, однако, шум угас. Практической пользы открытие несло ноль. Полезные ископаемые на Гее имелись - это показало сканирование с орбиты, но как быть с добычей? Колонизировать планету? Правозащитники подняли шум. Вспомнили американских индейцев, ацтеков, эскимосов и много кого еще. Дебаты в Сети шли бурные. Международные корпорации отступились. После чего встал вопрос: что делать? Общество на Гее - в периоде раннего Средневековья. Карликовые королевства, воющие между собой, поголовная нищета, культура отсутствует как явление, промышленность в заточном состоянии, медицина представлена колдунами.    На волне энтузиазма родился лозунг: "Поможем братьям!" На орбиту Геи прибыл корабль. Команда историков, лингвистов и врачей высадилась на поверхность. Ожидалось, что их примут, как богов. Земляне не знали, что чужаков на Гее принято убивать. Не разбираясь, боги они или помочь прилетели...    Экспедицию эвакуировали спешно, отбивая наскоки аборигенов. Всех спасти не удалось. Тогда и родилась идея Миссии: постепенного и эволюционного реформирования общества. Длительная и кропотливая работа, не сулящая денег и славы, занятие для подвижников.    Смертность у первых наблюдателей и реформаторов зашкаливала. Разведчики в стане врага, чужие по культуре, мировосприятию, речи, они выделялись среди аборигенов, как европеец в толпе негров. Чудом уцелевшие обучали новичков. Те осваивались, продвигались по социальной лестнице, но тоже гибли. На Гее не ценили жизнь: как свою, так и чужую. О первых героях сообщала Сеть, но со временем тема увяла. Смерть одного подвижника - сенсация, последующих - новость, дальше идет статистика. Вскоре открыли другие планеты. Жизнь там представляли простейшие или динозавры с рептилиями. Этих жалеть не стали. К планетам потянулись корабли с десантом. О Гее забыли. Сократилось финансирование и штат Миссии. Два куратора на орбитальной станции, спутники наблюдения и связи, межпланетный бот для сообщения с Землей, другой - для посещения поверхности, флаер у наблюдателей - вот и вся инфраструктура. До Земли - месяц лета. Зарплату получают только кураторы, наблюдателей кормит Гея. Возврата с поверхности для них нет. Кураторов на орбите меняют, наблюдателей - никогда. На Гее остались подвижники. Эрудированные, смелые и забытые Родиной. Изгои.    У человечества хватило ума не экспериментировать с Геей. План развития определили по земному образцу. Средневековье, раннее и позднее, затем век пара и промышленной революции. Нет борьбе религий, конкуренции государственных систем и политических устроений. Направления осваивали по конкурсу. Хочешь участвовать? Обоснуй, финансируй, обеспечь кадрами. В борьбе за религию победил Ватикан, как самая богатая и организованная конфессия. На Гею вылетели миссионеры. К посрамлению скептиков, вопрошавших, как миссионеры будут объяснять аборигенам, что такое Рим, Понтий Пилат и ветвь Давидова, новая вера укоренилась. В отличие от примитивного язычества она была загадочной, и потому притягательной. Ну, а Рим... Была некогда такая империя, и не так уж важно, где. Первые миссионеры гибли, повторяя судьбу земных мучеников, зато Гея обретала святых. Как и на Земле, преследование христиан только множило их число. Идея добра, справедливости и вечной жизни находила все больший отклик.    Язык и государственный строй на Гее ставили французы. Немцы занялись финансами, Куба - дала врачей, Китай с Японией обеспечивали средствами связи. Учебные заведения создавали объединенными усилиями. Координировали проект Россия с США, они же обеспечили перелеты. Ни в чем не участвовали арабы с британцами. Первые спорили о халифате, вторые выжидали, чем дело кончится.    Основы заложили на первом этапе. Изучение, систематизация, внедрение и распространение. Агрокультура, медицина, образование, управление... За сто лет Гея продвинулась на много веков. Прижился общеимперский язык. Первой на нем заговорила знать, следом потянулись купцы с вилланами. Созданный на основе французского, общеимперский легко усваивался - оказался близок по фонетическому строю. Открывались университеты, самой большой основали в Киенне. Христианство теснило язычество, денежный стандарт - разномастные слитки. Заработали банки и биржи, развивались торговля с кредитом. Порты обрастали флотами, пока еще парусными. Сократилось число государств, наиболее развитые вошли в империю. Медицина продвинулась дальше всех. Хирурги использовали наркоз, применяя вытяжку из местной травы. Инструмент стерилизовали, раны обрабатывали спиртом. Возникла фармакология - пока на травах. Повсеместно изучили флору и фауну, присвоив видам единые имена. Изменились обычаи. Аборигены начали мыться. Простолюдины в банях, аристократы - в ваннах. Проблему нехватки дров для подогрева воды (собственно, из-за этого и в земном Средневековье не мылись) решили, открыв залежи угля и торфа. Добывать и применять новое топливо аборигены научились мгновенно: уж больно выгодным оказалось дело. Над городами, особенно в зимы, стоял горьковатый смог, но это было платой за сокращение заболеваемости. Знать структурировали по системе титулов. Шевалье - барон - виконт - граф - маркиз - герцог - принц - король. Простолюдину стало возможно попасть в дворяне. Особенно в Киенне - империя нуждалась в служивом сословии. Покойный Родгер начал солдатом, вырос до маршала, а завоевав Бар, стал герцогом. Появился вменяемый суд, основанный на диковатых, но ясных и понятных аборигенам законах.    Земляне тормозили прогресс только в вооружениях. Огнестрела на Гее не имелось. Создать его пытались, и неоднократно, но сравнение допотопной фузеи с луком или арбалетом свидетельствовало не в пользу первой. Возле короля или герцога всегда оказывался человек, который убедительно пояснял, что весь этот грохот, дым и вонь - занятие, не достойное рыцаря. Лук с арбалетом пробивают доспехи не хуже, а стреляют метче и чаще. Холодное оружие совершенствовалось. Первые наблюдатели видели короткие мечи из дрянного железа. Через полвека рыцари рубились двуручниками из отменной стали. Их сменили рапиры и шпаги. Появились и развивались школы фехтования. Драться и воевать на Гее любили.    Несмотря на достигнутое, Миссия хирела. На Земле утратили к ней интерес. Ручеек наблюдателей, текший к Гее, постепенно иссяк. Энтузиасты выбирали другие планеты. Наблюдатели старели, не получая смены. Родина их фактически бросила.    "Не нуждайся наблюдатели в предметах цивилизации, они бы нас послали, - думал Сергей. - Коммы не работают без аккумуляторов, как и компьютеры. Оборудование, технологии, базы данных - без этого не обойтись. Но со временем они что-то придумают. У наблюдателей свое сообщество, кураторам в него доступа нет. Проблемы они стараются решать сами, только в сложных случаях обращаются к нам. Причем, год от года все реже. Не удивлюсь, если со временем наблюдатели прорвутся во власть и отделятся от Земли, как некогда США от Англии. Только на Земле этого, пожалуй, не заметят..."    Сергей встал, включил комп и запустил файл из Бара. Просмотрел видеоряд, пробежал глазами текст. Дядя Гена писал отчеты мастерски: просто, ясно и доходчиво. Сергей вывел на экран фото Алэйне и некоторое время рассматривал.    - Симпатичная девчонка! - сказал вслух. - Жалко, если убьют!    Застыдившись проявления чувств, он выключил комп и рухнул в койку. После напряженного дежурства хотелось спать.       3.       Слуга подвел Рея к двери и поклонился:    - Ваше оружие, барон!    - Где смогу его забрать? - спросил Рей, снимая перевязь с рапирой.    - У меня, - сказал слуга. - Буду ждать вон там, - Он указал на кресло в конце коридора. - Кинжал тоже, пожалуйста!    "Знал бы ты!" - подумал Рей, но послушно отдал тан. Слуга постучал в дверь, подождал мгновение и потянул за ручку.    - Входите!    За порогом Рей остановился. За его спиной беззвучно закрылись створки. Что-что, а петли во дворце смазывали. Рей осмотрелся. В прошлой жизни ему не довелось побывать спальне герцога. В огромной комнате стоял полумрак. Люстра не горела, а свечи в напольном шандале, едва рассеивали мрак. Постепенно глаза его привыкли. Пустовато. Огромная кровать под балдахином, зеркало у зашторенного окна, перед ним столик и пуфик, ковер на полу. У стены - резная скамья и несколько стульев.    Людей в спальне не наблюдалось. Рей повертел головой и заметил в углу ширму. Через плотную ткань пробивался свет. За ширмой слышался плеск - там явно кто-то был. Рей, громко ступая, подошел ближе.    - Смелее, барон!    Рей глянул ширму. У каменной стены под гобеленом стояла ванна. Просторная, выстланная внутри шелком и полная воды. В воде лежала Элеонора. Вопреки правилам, предписывавшим женщинам купаться в рубашке, на ней ничего не было. Пламя свечей, трепетавших от движения воздуха, играло бликами на мокрой коже женщины и отражалось в ее черных зрачках.    - Ваша светлость?    - Брось, Рей! - хмыкнула Элеонора. - Не на приеме. Встретились старые друзья... Чего застыл? Сбрасывай одежду и присоединяйся!    - Я мылся! - сказал Рей.    - Смотри-ка! - покачала головой герцогиня. - Ну, раз сам успел, помой меня!    - Боюсь, ваша светлость, что банщик из меня плохой.    - Бука!    Элеонора встала и уперлась руками в бока. Вода заструилась по ее телу, с плеском падая в ванну. Тяжелая, полная грудь, широкие бедра, округлый, заметный живот, нависший над черным треугольником... "Она раздалась, - подумал Рей, - причем, заметно. А ведь была стройной... Она наверняка это знает, - догадался он, - потому и люстра в спальне погашена".    От этой мысли Рею стало легко. "Это она зря! - подумал он со злой веселостью. - Останься в одежде, я бы не устоял".    Элеонора постояла, еще чего-то ожидая, затем полезла из ванны.    - Помоги одеться! - буркнула мрачно.    Рей взял со скамьи атласный халат. Элеонора повернулась спиной и протянула руки. Рей продел их в рукава и накинул халат на плечи женщины. Запахивать полы не стал - сама справится. Элеонора подождала, хмыкнула и сунула ноги в меховые тапочки.    - Захвати подсвечник!    Рей подчинился. Они прошли к столу. Когда света добавилось, барон разглядел, что тот накрыт к ужину. Легкому. На серебряных блюдах лежали яблоки вперемешку с апельсинами, истекал гроздьями виноград, горками высился изюм. В хрустале кувшина мерцало пламя свечей, оно же плясало на гранях бокалов. Хрусталь в империи был дорог, позволить владеть им могли единицы.    - Налей! - приказала Элеонора.    Рей наполнил ее бокал, после чего плеснул себе. Герцогиня взялась за ножку и разом осушила. "Ловко пьет! - оценил Рей. - Не хуже мужчины". Он пригубил вино. Киеннский мускат, обманчиво сладкий, но крепкий. Таким надраться - плевое дело.    - Не соблазнился, значит! - съязвила герцогиня, ставя бокал. - А ведь когда-то млел. Обещал покончить с собой...    - Это было давно, - сказал Рей. - С тех пор многое изменилось. Ты вышла замуж, я встретил жену.    - Теперь мы свободны!    - Я в трауре! - сказал Рей, коснувшись ладонью полы камзола.    - Не ври! - Голос Элеоноры взвизгнул. - Скажи, что побрезговал! Наслушался сплетен! Знаю, что обо мне говорят!    - Клеветники, - покачал головой Рей. - Пустомели. На самом деле герцогиня Барская - образец нравственности и целомудрия.    Элеонора обдала его яростным взглядом.    - Что ты знаешь?! После смерти Родгера я оказалась одна. Без опоры и близких друзей. Чтоб удержаться на троне, их следовало найти. Моя вина, что мужчины признают один путь закрепления дружбы?    - Поэтому ты начала с конюхов?    - Скотина! - Элеонора сжала кулак.    - Виноват, ваша светлость! - поклонился Рей. - Прошу простить мне дерзость и разрешите откланяться.    Он встал и направился к двери.    - Рей! - послышалось позади. - Останься! Прошу...    Он поколебался, но вернулся.    - Ты прав, - сказала Элеонора, вертя в руках апельсин. - Ты даже не представляешь, как. Со смертью Родгера я словно взбесилась. Пойми меня! Что я видела в браке? Седого старика, неспособного приласкать? Он заставлял меня делать такие мерзости! До сих пор плююсь!    В подтверждение своих слов Элеонора смачно харкнула. К счастью для Рея - мимо него.    - Гнусный старикашка... А тут мужчины, полные жизни!    - Тебя не заставляли идти за Родгера. Сама выбрала. Могла и за молодого.    - За тебя что ли? - усмехнулась Элеонора. - А что ты мог мне дать? Захудалое баронство в приграничных землях? Кем бы я была?    "Моей возлюбленной", - хотел сказать Рей, но промолчал.    - Когда безумство схлынуло, пришло понимание: пора искать друзей. Как это сделать, сомнения не было. Все смотрели на меня, облизываясь. Я стала испытывать. Не представляешь, как раскрываются мужчины в постели...    - Не представляю, - сказал Рей. - Не довелось пробовать.    - Злюка!    Элеонора швырнула апельсин, налила себе вина и залпом выпила.    - Хочешь знать, сколько было у меня мужчин? Могу сказать. Шестьдесят четыре, специально считала. Последний случился полгода назад.    - Давно! - посочувствовал Рей.    - Не язви! - окрысилась женщина. - Знаешь, почему не было более?    - Не нашлось достойного?    - Наелась! Вот так! - Элеонора провела ладонью по горлу. - Больше не хочу. Я не шлюха из борделя, могу выбирать. Тебя вот тоже не хотела. Вру! - поправилась она, помедлив. - Хотела. Я ничего не забыла. Надеялась, что и ты тоже вспомнишь...    Рей не отозвался.    - Может, так лучше, - сказала Элеонора, вздохнув. - В постели пообещать можно что угодно. У меня к тебе предложение. Хочешь стать графом?    - Что взамен? - спросил Рей.    - Убей Алэйне!    Лицо Рея перекосилось.    - Погоди! - остановила Элеонора. - Выслушай! Знаю, чего ты подумал! Невинная девочка... Если бы! Если я с конюхами, то она с фрейлинами. Неизвестно, что хуже.    - За это не убивают.    - Смотря кого! - не согласилась Элеонора. - Алэйне все равно не жить. Ну, станет она герцогиней. Надолго ли? Несколько месяцев, от силы - год. После чего зарежут. Разврат с мужчинами в Баре еще могут понять, но чтоб женщина с женщиной...    - Вот и незачем беспокоиться! Убьют и без меня.    - Она начнет с моей казни. Уже пообещала. А я молода и хочу жить. В конце концов, в чем я провинилась? Притесняла ее, ограбила? Все драгоценности матери, все, что герцог подарил ей - ничего не тронула! За что?    - Ты можешь укрыться в Киенне.    - Не успею. Едва передам трон...    - Уезжай раньше, до церемонии.    - Бежать тайно? - Элеонора грохнула кулаком по столу. - Я, герцогиня, или кто? Мне прятаться, как воровке? Да кто она такая? Дала себе труд родиться, только и всего! Какая из нее правительница? Что она умеет, кроме как вылизывать своих фрейлин? Это я, как муж умер, ночами не спала...    "Это верно!" - подумал Рей.    - Думая, как защитить герцогство, - продолжила Элеонора. - И ведь смогла! Ни одно графство не отдала, никто не ступил на нашу землю. Теперь все это подарить? Кому? Дерзкой шлюхе?    "Обе вы друг друга стоите! - подумал Рей. - Повесить рядом - ни одна не перетянет!"    - Эно стоит жизни развратницы, - сказала Элеонора, успокоившись. - Решайся, и станешь вельможей! Независимым и богатым.    - Одного я видел за воротами, - сказал Рей, - с веревкой на шее. Его, если не ошибаюсь, тоже звали Эно?    - Хитер! - усмехнулась Элеонора. - Знала, что не поверишь. Зря. Во-первых, казнь тебе не грозит. Убей ты меня - и пошел бы на плаху, а вот за девчонку поблагодарят. У знати против нее руки чешутся. Кто тронет победителя норгов? Но если попробуют... Графство - это первый шаг. Вторым будет брак с герцогиней.    Рей ошеломленно молчал.    - Ты не против стать герцогом?    - Консортом? - уточнил Рей.    - Разумеется! - пожала плечами Элеонора. - Ты все же барон. Но если хочешь, отдам тебе армию. Я все равно плохо разбираюсь в войне. С войском можно не бояться покушений.    - Заблуждение, - покачал головой Рей. - Кто помешает отравить? От чего, кстати, умер герцог?    - Не смей! - Элеонора ощерилась. - Я не убивала Родгера! Он сам... Хотел меня каждый день, только уже не мог. Пил какую-то гадость, я даже не знаю, где брал. Он и умер на мне... - Лицо Элеоноры перекосилось. - Сердце разорвалось. В Киенне это зовут сладкой смертью, только мне было совсем не сладко. Год слухи не утихали... Тебе трудно поверить, но я клянусь! Перед Господом! - Элеонора перекрестилась. - Я буду хорошей женой, верной и преданной. Женщине, даже герцогине, нужна опора. Лучше тебя не найти. Если брезгуешь, можешь не спать со мной, но я рассчитываю, что хоть иногда... Нам ведь нужны наследники? Захочешь любовницу, заводи, я не попрекну. Лишь бы защищал меня. Думаешь, лгу?    - Нет! - сказал Рей. - Теперь нет.    - Договор можем прямо сейчас написать, - улыбнулась Элеонора. - Перо и бумага есть!    - Не стоит! - сказал Рей. - Я отказываюсь.    - Почему? - изумилась Элеонора.    - Слишком щедрое предложение. Как верно заметили, ваша светлость, я всего лишь барон. Но дворянин. И не привык обсасывать кость после того, как ее обглодали.    - Берегись!    Элеонора вскочила.    - Прикажешь меня убить? - усмехнулся Рей.    - Думаешь, не осмелюсь? - прошипела она.    - Отчего же? - пожал плечами Рей. - Чем я лучше бедняги Эно? Твоя беда в том, что я не он. Граф не сумел защитить себя, а вот барон может. Послушайте, ваша светлость! Мне наплевать, кто из вас первой убьет соперницу. Я не расстроюсь, если вы загрызете друг дружку одновременно. Происходящее здесь не моя печаль. Я барон Приграничья, бедный и не знатный. Мне нечего делать в Баре. Я возвращаюсь к себе и буду жить, как и прежде. Но если мне вздумают мешать... Меня все спрашивают, что я сделал с норгами? Отвечаю: убил! Их была орда, двадцать воинов на одного моего, но я вырезал их вчистую. Подобное произойдет с любым, кто осмелится меня тронуть. Не смею больше задерживать внимание. Прощайте, ваша светлость!    Рей поклонился и вышел. Прикрыв за собой дверь, он нашел взглядом слугу. Тот спал, скорчившись в кресле. Рей, подойдя, пнул его в бок. Слуга испуганно вскочил.    - Простите, лорд! Не ожидал, что вы так скоро!    Слуга протянул оружие. Рей нацепил перевязь, сунул за пояс тан и двинулся коридором. Никто не бежал ему вслед, не кричал: "Схватить его!", но он держался настороже. Со стороны поведение Рея выглядело странным. Барон не держался за рукояти рапиры и тана, а шел, сунув руки в карманы камзола. А вот что он сжимал в ладонях, посторонние не видели.    Ничего не произошло. Никем не остановленный, Рей вышел на площадь и, заложив пальцы в рот, пронзительно свистнул. Раздался стук копыт, всадник с лошадью на поводу встал перед бароном. Рей запрыгнул в седло.    - Заждался, Люк?    Мерриец пожал плечами.    - Мы возвращаемся. Сегодня же!    Он хотел еще что-то добавить, как стук копыт на соседней улице, заставил его насторожиться. Рей сунул руку в карман камзола, Люк подтянул поближе мечи. На площади появилась карета. Богато украшенная, с гербом на дверце, хорошо видимым в свете фонарей. Рей выдохнул и извлек руку.    - Едва не упустил вас, барон! - высунулся из окошка Трегье. - Не ожидал, что вы так скоро.    - Спасибо за угощение, - сказал Рей, - я не настроен продолжить.    - Всего один вопрос. Не откажите старику! Вы приняли предложение?    - Нет! - сказал Рей.    - Благослови вас Господь! - перекрестился граф. - Я ваш должник, де Бюи! Нужна помощь?    - Сомневаюсь! - покачал головой Рей. - Я уезжаю из Бара.    - Без пропуска вас не выпустят, а его могут не дать. Подозреваю, герцогиня вами не слишком довольна. Она очень злопамятна. Не пренебрегайте моим предложением! Сейчас ночь, и ничего сделать нельзя, но утром пропуск будет у вас. Остановились у Огюста?    - Вход с улицы Шляпников, - сказал Рей.    - Я буду там на рассвете и сопровожу вас до ворот. Мое присутствие - лучшая защита. Киенны в Баре опасаются.    Рей поклонился, и они распрощались. На постоялом дворе Люк отвел лошадей в конюшню, а барон, оказавшись в комнате, с наслаждением стянул с себя суконный наряд. Умывшись над тазом, он переоделся в дорожный костюм. Извлек из карманов камзола и переложил в сумку два черных предмета. Сумку повесил на спинку кровати. Явился Люк.    - Голоден? - спросил Рей.    Оруженосец покачал головой.    - Собери вещи! Мы должны быть готовы уйти немедленно.    Мерриец пожал плечами, всем своим видом показывая, что собирать нечего, но подчинился. Прибрал брошенный бароном наряд, засунул его в сумку, которую пристроил у двери. После чего перетащил туда остальные вещи. Подумав, достал из переметной сумы нечто тяжелое, завернутое в холстину, и показал барону.    - Нет! - сказал Рей. - В городе нельзя. Только в крайнем случае. Рядом с де Трегье мы в безопасности.    Люк покачал головой, демонстрируя несогласие, но предмет в сумку вернул. После чего прилег на койку. Рей последовал его примеру. Вытянувшись, он закрыл глаза. В голове крутились сцены встречи с Элеонорой. Усилием воли, он изгнал их памяти и глубоко вздохнул.    "Тея! - позвал мысленно. - Ты здесь?"    "Да, любимый!" - прошелестело сверху.    "Я скучал по тебе!"    "И я".    "Я возвращаюсь в Бюи".    "Не выйдет".    "Меня убьют?"    "Попытаются".    "Кого опасаться?"    "Женщины".    "Элеоноры?"    "Другой. Я не знаю ее. Ты не рассказывал".    "Где ждет опасность?"    "В пути. Торопись!"    "Уйти через подземный ход? Я знаю, где он".    "Лошади не пройдут, без них вас догонят. Опасность не в женщине, она рядом с ней. Будь осторожен! До встречи, любимый!"    "Тея!" - позвал Рей, но ему не ответили. Зато постучали в дверь - настойчиво, но тихо. Барон сел и сунул руку в сумку. Вскочивший Люк вопросительно глянул на хозяина. Рей указал на дверь. Мерриец кошкой скользнул по стене. В этой комнате окно прорубили над дверью: кому нравится, когда к тебе заглядывают с улицы? Остальные стены были глухими. Один выход, но и один вход. За ним улица - можно прорваться.    Люк приник к стеклу, и некоторое время вглядывался. Затем бесшумно спрыгнул на пол.    - Кто? - спросил Рей.    Мерриец изобразил ладонью выпуклость на груди, после чего коснулся своих штанов.    - Женщина, переодетая мужчиной?    Люк кивнул и показал два пальца.    - Две? Больше никого?    Мерриец покачал головой.    - Открой!    Рей остался сидеть, но руку из сумки не вынул. Оруженосец сдвинул засов и распахнул дверь. Сам, отступив, взялся за рукояти мечей. В комнату шагнул человек. В дорожной куртке и в таких же штанах, заправленных в кавалерийские сапоги. Широкополая шляпа надвинута на глаза. На поясе - шпага и кинжал. Следом возникла вторая фигура. Люк прикрыл дверь и опустил засов. Первый незнакомец присмотрелся и снял шляпу.    - Алэйне! - воскликнул Рей.       4.       - Я знаю все! - сказала дочь герцога, вступая в свет лампы.    Рей пристально посмотрел на нее. Без грима Алэйне походила на мальчишку. С чуть конопатым лицом, курносого и безнадежно юного. Только глаза у мальчишки были взрослые - умные и не по возрасту злые.    - Граф рассказал? - спросил Рей.    - Это я ему рассказываю, - усмехнулась Алэйне. - Де Трегье - мой союзник. Во дворце можно подсматривать и подслушивать. Есть тайный ход и дырки в стенах.    - Не знал! - удивился Рей.    - Об этом никто не знает, - сказала Алэйне. - Мне показал старый слуга. Он любил папу.    - Значит, все видели и слышали? - спросил Рей.    Алэйне кивнула.    - И что теперь?    - У меня к вам предложение.    - Я не убиваю герцогинь! - хмыкнул Рей. - Вера не позволяет.    - Отвезите меня в Киенну!    Барон оторопело глянул на гостью.    - Мачеха не остановится! Вы отказались, найдет другого. У нее нет выбора: я или она.    - Почему я? - спросил Рей. - Обратитесь к де Трегье.    - Графу запретили вмешиваться.    - Кто?    - Он не сказал. Однако сообщил, что в Киенне меня встретят. Если, конечно, доберусь. Я родственница короля.    - Дальняя! - уточнил Рей.    - Не важно! - сказала гостья. - Наследницу герцогства примут с почетом, как и человека, который ее доставит.    - Осталось выяснить, - сказал Рей. - На кой хрен это мне?    - Вас собираются убить. Мачеха отдала приказ.    Рей впился взором в лицо Алэйне, та не отвела взгляда.    - Слышала сама. Она в ярости, я не видела ее такой. Про кость вы сказали зря, хотя, - Алэйне улыбнулась, - мне очень понравилось. Честно говоря, - Алэйне согнала улыбку с губ, - не ожидала, что вы откажетесь.    - Старые счеты, - вздохнул Рей. - Когда они нападут? Сейчас?    - В городе вас не тронут: мачеха опасается волнений. Вы популярны. Устроят засаду в пути.    - Поеду другой дорогой.    - Засады будут на всех.    - Что предлагаете?    - Ехать немедленно. Убийцы поскачут с рассветом. Мы опередим.    - Нас не выпустят.    - У меня пропуск! - Алэйне достала из сумки грамоту.    Рей взял ее, прочел и рассмотрел печать.    - На четверых...    - Количество я вписала сама. Если будет меньше, стража не выпустит.    - Ладно, - сказал Рей, возвращая грамоту. - Сделаем так. Выйдем из города и доскачем до ближайшей развилки. После чего вы направитесь в Киенну, а я - в Приграничье.    - Нет! - сказала Алэйне. - Если вместе, то до конца.    - Могу выбраться без вас. Я служил в Баре и знаю подземные ходы.    - Мачеха подписала указ: вы более не барон. Лишены титула и земель. Пока доберетесь, в Бюи явится новый хозяин. Там вам более нет места. А вот я могу его дать. Смотрите! - Алэйне достала из сумки стопку бумаг. - Это векселя банка Киенны. Я продала украшения матери, заложила свой лен. Четыреста тысяч дукатов! Половина ваша. Достаточно, чтобы купить графство. Если согласны, пора в путь.    Барон с сомнением окинул ее взглядом.    - Мы с Флор готовы, - сказала наследница. - Переоделись, собрали вещи. У коновязи ждут лошади.    - Тогда не станем медлить! - сказал Рей...             Погоня настигла их в полдень. К этому времени отряд преодолел с десяток лье - хорошее расстояние для дневного перехода, но недостаточное, чтоб оторваться. Отдохнувшие, сытые кони шли резво, а вот всадницы быстро сдали. К рассвету они начали отставать, к полудню и вовсе выбились из сил.    Рей скомандовал привал и осмотрел коней. Жеребец и кобылка Люка оказались в порядке, а вот мерины наследницы выглядели скверно. Спины им сбили безжалостно. Всадницы смотрелись не лучше. Спрыгнув с коней, они застонали и повалились на траву. Рей понял: дела плохи. Запасных лошадей у них нет, Алэйне не догадалась их привести, после привала отряд потащится как улитка. До ближайшего города пять лье, доберутся, дай бог, к вечеру. Там сменят лошадей, купят карету для женщин - деньги-то есть, но к тому времени их настигнут. Настигли, однако, раньше...    Преследователей заметил Люк. Беглецы встали на опушке, и мерриец, прихватив кус свинины, полез на дерево. Там и жевал, сидя на ветке, время от времени попивая из фляги. Путники не успели покончить с обедом, как Люк скользнул вниз и побежал к барону, на ходу показывая растопыренные ладони. Три пальца на одной из них были согнуты.    - Семеро? - уточнил Рей.    Люк кивнул. Затем ткнул в жеребца и показал еще два пальца.    - С заводными конями?    Мерриец закивал.    "Погоня! - вздохнул Рей. - Больше некому!" Он осмотрелся. За опушкой дорога ныряла в лес. Деревья к ней приступали тесно, между стволами рос колючий кустарник. Конному не протиснуться. Рей повернулся к женщинам.    - Миледи! Нас преследуют! Скоро будут здесь!    Алэйне вскочила и потянула из ножен шпагу.    - Спрячьте! - велел Рей. - Порежетесь!    - Между прочим, умею! - обиделась Алэйне. - С вами не справлюсь, конечно, но с простым стражником...    - У них наверняка арбалеты. Подъедут и расстреляют с седел. На коней!    Алэйне подчинилась. Следом забралась в седло ее спутница. Из оружия у нее имелся кинжал в серебряных ножнах. Рей с Люком, пропустив женщин, двинулись следом. Когда лес обступил отряд, Рей дал команду остановиться. Он развернул коня и извлек из сумки непонятный предмет. Люк встал рядом и протянул хозяину нечто длинное в холстине.    - Не нужно! - сказал Рей. - Их всего семеро.    Люк вскинул руки к груди и прижмурил глаз, изображая стрельбу из арбалета.    - Они не станут стрелять, пока не увидят оружия в наших руках. Подозреваю, есть приказ доставить меня живым. Разве что...    Рей обернулся.    - Леди! Встаньте за нашими спинами! Так, чтобы стрелки не могли в вас целиться.    - Вы намерены дать бой, барон? - спросила Алэйне.    - Именно. И буду признателен, если не станете мешать.    Алэйне насупилась, но подчинилась, заняв место за его спиной. Флор примостилась за Люком. Мерриец оглянулся, оценил и ободряюще осклабился, показав ровные и белые зубы. Флор робко улыбнулась в ответ.    Тем временем погоня приблизилась. Заметив беглецов, преследователи замерли, затем, подчиняясь приказу, двинулись, на ходу перестраиваясь. Заводные кони переместились в хвост колонны, всадники выстроились по двое в ряд. Иное не позволял подступивший к дороге лес. На это, собственно, и рассчитывал Рей. Преследователи моли нападать только по двое, их даже на мечах не трудно было сдержать. Если б не арбалеты...    Арбалеты были. Рей увидел их, когда погоня приблизилась. Стражник рядом с предводителем сжимал в руках один, уже взведенный, но держал его пока у седла. Вскинуть и прицелиться - пара мгновений. Такие же арбалеты - у стрелков следующего ряда. У остальных в чехлах. Все правильно. В тесноте целиться трудно - своего можно задеть. Погоней командовал опытный начальник.    - Привет, Рей! - сказал он, выезжая вперед.    - Рад видеть тебя, Тьерри! - улыбнулся барон. - Решил отличиться?    - Ты не замолвил за меня словечка!    - Не представилось случая. Могу похлопотать сейчас. За моей спиной - наследная герцогиня. Присоединяйся - и станешь графом!    - Нет, Рей! - покачал головой Тьерри. - У меня приказ.    - Какой?    - Доставить тебя в Бар.    - И наследницу?    - Ну...    Тьерри замялся.    - Позволь, догадаюсь? - сказал Рей. - Я нужен живым, а вот миледи - мертвой. В ее похищении и убийстве обвинят меня, за что и казнят. Изящно. И соперницу устранили, и барон наказан. Элеонора умна. А ты, Тьерри? Приказы бывают преступными. Помнишь Лоо? Родгер запретил трогать деревни, но Д'Анжу ослушался. Ему хотелось вина и женщин. Он приказал роте разграбить деревню, и та выполнила приказ. За что Д'Анжу и повесили.    - Брось болтать! - скривился Тьерри. - Сдавайся!    - А если откажусь?    - Жак не промахнется! - Тьерри ткнул в воина с арбалетом. - Следом выстрелит Госс. Тебе и меррийцу конец, ну а женщины... - Лейтенант ухмыльнулся. - Им это понравится. Поди, не пробовали настоящих мужчин. Поскольку им все равно умирать, пусть порадуются напоследок. Можешь присоединиться. Отведешь душу!    Лейтенант хохотнул.    - А потом?    - Отвезем тебя в Бар. Герцогиня, может, и помилует. Очень просила доставить тебя живым. Обещала мне графство...    Рей вскинул руку. Хлопнуло, и Жак, выронив арбалет, сунулся носом в гриву коня. Тьерри схватился за шею и захрипел. Нож, брошенный Люком, перебил ему гортань. Стрелки второго ряда вскинули арбалеты, но выстрелить не успели. Два хлопка - и они сползли с седел. Оставшиеся стражники попытались развернуться, но дорога оказалась слишком узкой. Странный предмет в руке Рея трижды хлопнул, и стражники обвисли на стременах.    - Люк! - крикнул барон. - Проверь!    Мерриец спрыгнул на землю и заскользил между коней, склоняясь над ранеными и убитыми. Его тан взлетал и опускался, перерезая глотки и пробивая тела. Спустя короткое время он встал перед бароном.    - Забери деньги и еду! - велел Рей. - Из оружия... Разве что арбалеты. Выбери получше. Возьми шесть коней: двоих нам и четверых женщинам. Их мерины сбили спины. Выбери тех, что покрепче. Проверь упряжь, если нужно, переседлай. Ну, и подбери, сам знаешь, что.    Мерриец поклонился и побежал исполнять.    - Как вы это сделали?    Рей обернулся: Алэйне подъехала незаметно.    - Вы ведь слышали разговор с Элеонорой? Я обещал убить каждого, кто посмеет меня остановить.    Алэйне хотела еще спросить, но, наткнувшись на взгляд барона, не посмела.    - Она пришлет других! - сказала, вздохнув.    - И тех будет в десять раз больше! - сказал Рей. - Если бы Тьерри согласился! - Он стукнул кулаком по колену. - Девять опытных воинов - это сила! Нас не посмели бы остановить. В городах на киеннском тракте нет сильных гарнизонов. Теперь их упредят голубиной почтой. Эх, Тьерри...    - Вы знали его?    - Воевали вместе. Он спас меня, когда ингриец замахнулся алебардой... И вот теперь я... Что сделали с этим городом!?    Алэйне не ответила.    - Плохо дело! - сказал Рей, успокаиваясь. - До Киенны недели пути. Завтра или послезавтра нас нагонят. Потом еще и еще. Рано или поздно убьют. Надо сворачивать.    - Куда?    - В Киенну есть другой путь. Очень опасный, но более близкий. Через Проклятый лес.    - Святой Иисус! - воскликнула девушка. - Это же верная смерть!    - Я был там, - сказал Рей. - И, как видите, жив. Впрочем, оставайтесь! Без меня вас не тронут. Им нужен убийца.    - Они скажут: вы сбежали, зарезав меня! - возразила Алэйне. - Меня с Флор убьют, а перед этим...- Она сморщилась, вспомнив слова лейтенанта. - Зачем вы ходили в лес, барон?    - Искал приключений.    - И уцелели?    - Лес любит несчастных. Вы счастливы, миледи?    - Нет! - вздохнула Алэйне.    - Тогда за мной! - сказал Рей.       5.       - Это Бар! - сказал Сергей, бросив взгляд на экран.    - Включай! - сморщился Ник.    На экране возникло лицо наблюдателя.    - Доброго здоровья, Геннадий Андреевич! - приветствовал Ник.    Сергей усмехнулся. Вывод из прошлого разговора американец сделал.    - И вам здравствовать! - буркнул граф. - Ситуация номер один, пункт три.    - Что?! - Ник аж подскочил в кресле. - Вы в своем уме?    - Полагаю, что да, - сказал наблюдатель. - Но если сомневаетесь, могу пройти обследование. Мне отправляться к психиатру?    - Продолжайте! - поспешил Ник. - Извините! Пожалуйста!    "Дядя Гена - орел! - восхитился Сергей. - Классно янки уел".    - Тогда с вашего позволения по порядку. Как уже сообщал, Алэйне сбежала из Бара.    - Мы читали отчет, - сказал Ник. - Вы участвовали?    - Мне запретили. Девочка сама. Сумела договориться с Рейнольдсом и вместе с ним покинула Бар.    - Каковы мотивы барона?    - Думаю, самые прозаические. Алэйне, добравшись в Киенну, сможет отблагодарить. Отказ от предложения герцогини стоил де Бюи земель.    - Странно, что он отказался! - сказал Сергей.    - Де Бюи - человек чести, я говорил об этом. В сегодняшнем Баре - вымирающая порода.    - Дальше! - поторопил Ник.    - О побеге стало известно утром. Элеонора немедленно снарядила погоню. Она понимает, как поменяется расстановка сил, если наследница доберется к Киенне. Отряды стражей двинулись по разным дорогам. Неподалеку от Пюи один из них беглецов настиг.    - И? - не утерпел Сергей.    - Барон перебил преследователей. Всех!    - Ни фига себе! - присвистнул Сергей. - А сколько тех было?    - Семеро. Опытные воины в доспехах и с арбалетами. Более чем достаточно, чтоб справиться с бароном и оруженосцем. Женщин, как понимаете, в расчет не брали.    - Де Бюи настолько хорош в бою? - спросил Ник.    - В свое время слыл лучшим фехтовальщиком, как и его отец. Но дело не в этом. Против арбалета меч не пляшет. У барона или были сообщники, или же случилось непредвиденное. Версию о сообщниках я сразу отмел. Де Бюи прибыл с шевалье, вооруженных отрядов близ города не видели - за этим следят. К тому же барон не мог знать, что ждет его в Баре, он ехал за милостью, а не расправой. Я попросил разрешения осмотреть тела погибших. На всех были раны от холодного оружия. Только...    - Что? - спросил Ник.    - Это нашли под доспехом стража.    Граф вытянул ладонь. Ник с Сергеем всмотрелись. Ничего особенного - странно деформированный кусочек металла.    - Это пуля. Выпущена из огнестрельного оружия.    - Вы уверены? - покачал головой Ник. - Из арбалетов тоже стреляют пулями.    - Свинцовыми кругляшами величиной в сливу. Такие не в состоянии пробить тело навылет. К тому же на пуле следы от нарезов. Мне неизвестен тип нарезного арбалета, может, вы подскажете?    Кураторы не ответили.    - Я решил досконально проверить, - продолжил посол. - Не буду рассказывать, чего мне это стоило, но тела убитых осмотрели повторно. На всех следы огнестрельных ран. Входное отверстие маленькое, как от стрелы, поэтому местные не обратили внимания. Я снарядил к месту схватки своих людей. Они все обследовали, даже пыль на дороге просеяли. Вот!    Граф вытащил из кармана и, сжимая двумя пальцами, показал в объектив камеры маленький, слегка сплюснутый, желтый цилиндрик.    - Гильза от патрона "парабеллум" 9 на 19, я специально смотрел в справочнике. Мои люди нашли только одну, полагаю, что остальные собрали. Эту просто не заметили - конь притоптал копытом.    - У наблюдателей нет огнестрельного оружия! - воскликнул Ник.    - Разумеется! - пожал плечами граф. - У нас и лазерного не наблюдается. Странно, что мечи еще позволяют. Наверное, в следующий раз отберут.    Ник не обратил на выпад внимания.    - Откуда оружие? - спросил напряженно.    - Есть соображения, - сказал граф. - Несколько десятилетий назад на Гею рухнул орбитальный модуль...    - Правда? - удивился Сергей.    - Вы не можете этого знать, вас в то время на свете не было. А я помню. Шум стоял большой. У станции разладилась навигация, она вошла в атмосферу и не смогла возвратиться. Возникла опасность для жизни кураторов. Те эвакуировались в боте. Модуль снизился к Гее. Думали, сгорит в атмосфере, но, видимо, старт бота запустил автоматику. Включились тормозные двигатели, и модуль сел. Жестко.    - Да-а... протянул Сергей.    - Все б ничего, но внешней подвеске станции имелись баки. Газ - усыпляющий и парализующий, каждый в своей емкости. Средство для усмирения аборигенов в случае ЧП с наблюдателями. При опасности бак сбрасывали, тот взрывался над городом и накрывал его облаком. Сами по себе газы не опасны, но стоит им смешаться... В инструкции красными буквами было написано: применять по отдельности. Сама станция уцелела, а вот баки с газами при ударе о поверхность смялись и треснули. Газы вытекли и смешались...    Сергей присвистнул.    - Тридиэтилгептоген - так вроде эта гадость называется. Страшный яд, вызывающий мутации. Когда прилетели спасатели, встал вопрос: что делать? Ликвидировать последствия? Ветер разнес яд на десятки километров. Требовалось спилить лес, снять верхний слой почвы... Огромные затраты! К тому же не безопасно для спасателей. Возле упавшей станции концентрация гадости была такова, что кислородные маски отказывали. Не работать же в скафандрах! Пошли по дешевому пути. Вокруг леса, куда упал модуль, воткнули излучатели, отпугивающие живое, тем и ограничились. Биологи заявили: внутри зоны живность, если и мутирует, то со временем пожрет сама себя. Станцию списали, о происшествии забыли.    - А аборигены? - спросил Ник.    - Они падения не заметили. Ночью случилось. Лес - место отдаленное, поселений вокруг мало. Излучатели работали эффективно, не только животных, но и людей отпугивали. Лес окрестили Проклятым и стали избегать.    - Оружие в модуле есть? - спросил Ник.    - Я покопался в архивах и нашел списочек. Держите!    Граф сделал движение пальцем, и на экране возник текст. Кураторы впились в него глазами.    - Святой Иисус! - воскликнул Ник. - Они воевать готовились?    - В ту пору еще помнили, как встретила нас Гея. Держали на всякий пожарный. Оружие устаревших образцов, но по местным понятиям все равно, что ядерная бомба. Легко выиграть любую войну, даже мировую.    - Полагаете, оружие попало в руки наблюдателей?    - Наблюдатели не причем. Это Рейнольдс.    - Позвольте! - Ник закрутил головой. - Это невозможно! Во-первых, как он проник в лес? Вы говорили об излучателях!    - С годами излучение ослабевает. Оно работает на аккумуляторах, а они не вечные. Излучение пробуждает страх и отпугивает животных, человек может страх преодолеть. Если очень захочет.    - Трудно поверить, - не согласился Ник. - Пусть барон проник в лес и нашел модуль. Пусть даже обнаружил оружие. Но им нужно уметь владеть! Даже на Земле этому учат. Что сделает барон с лазерной винтовкой?    - Обезьяна с гранатой! - хмыкнул Сергей.    - Он даже включить ее не сумеет! - продолжил Ник. - Огнестрельное оружие проще, но и его следует зарядить, взвести затвор, снять с предохранителя... Наконец, надо знать, как прицелиться и спустить курок.    - В компьютере модуля - обучающие программы, - сказал граф. - Очень простые и понятные. Я проверил. Достаточно надеть видеошлем и система спросит, чего желаете. Остается выбрать раздел и дать команду.    - На русском языке! Или английском.    - Де Бюи знает русский.    - Что?! - Сергей с Ником вскричали одновременно.    - Он учился в Киенне. Изучал право и изящную словесность.    - Барон - в университете? - удивился Сергей. - Это непопулярно у знати.    - Так решил его отец. Почему, неизвестно. К слову, де Бюи не закончил курс. После смерти отца вернулся в Бар, где поступил в гвардию. Учебу в Киенне не афишировал. Однако наука давала себя знать. Барона помнят как блестящего собеседника, сочинителя песенок и знатока права. Главным образом дуэльного кодекса.    - В это поверю, - сказал Ник. - Но русский язык! Откуда? Кто учил ему аборигенов?    - Номайер.    - Карл Фридрихович? - изумился Сергей.    - Он. Мечтал создать на Гее великую литературу. Поэты учатся на образцах, а где их взять? В русской литературе, естественно, и не только в ней. На русский переведено все лучшее в мире. Как познакомить с образцами студентов? Переводить на общеимперский? Жизни не хватит, да и талант нужен. Проще научить питомцев русскому, что Номайер и сделал. Отбирал отдаренных, занимался по отдельной программе. Студентам говорил, что это язык вымершей цивилизации, - граф хмыкнул. - Я попросил Хорхе проверить. Он навел справки и подтвердил: де Бюи в кружок избранных входил. У него был псевдоним...    - Святой Иисус! - перебил Ник.    - Вот именно! - подтвердил граф. - А теперь представьте: барон находит модуль. Забирается внутрь. Защиты и паролей нет, никто ведь не ждал аборигенов в космосе. Система работает - в модуле ядерный источник питания - и реагирует на любой голос. Де Бюи находит шлем, пусть необычной формы, но понятный ему по назначению предмет, и напяливает на голову. Естественный поступок - он же воин. Система включается и задает вопрос, одновременно выводя на экран список разделов. На русском! Остается выбрать...    - Я б на его месте испугался! - сказал Сергей. - Сорвал бы шлем.    - Возможно, он так и сделал. В первый раз. Затем любопытство пересилило страх. Нельзя недооценивать аборигенов. Они любознательны, умны и, в отличие от нас, не дорожат жизнью. Несколько уроков - и он более не обезьяна. Человек, овладевший сверхмощным оружием, гроза Геи.    - Из чего он стрелял? - спросил Ник.    - Из пистолета "Глок", судя по гильзе. Из оружия, бывшего в модуле, патроны "парабеллум" подходят только к нему. Я вспомнил нашу встречу. Карманы камзола у барона были оттопырены. Я еще удивился: что в них?    - Два пистолета - не страшно, - сказал Ник. - Мир с ними не завоюешь.    - Кто знает, что у него еще? Барон с блеском выиграл войну с норгами, заставив тех откочевать. Как? У него небольшое баронство, и, соответственно, скромное войско. Норгов было в десятки раз больше. Не пистолетом же он их пугал? А вот еще. После того, как погоня погибла, выслали вторую. Та двинулась по следам беглецов и установила, что они ведут в Проклятый лес.    - Ё!.. - сказал Сергей.    - Даже два "ё"! - подтвердил граф. - Барон пополнит вооружение и вернется в Бар. Устроит Элеоноре маленькую победоносную войну, овладеет герцогством, а там, глядишь, и Киенна неподалеку...    - Абзац! - заключил Сергей.    - Я употребил бы другое слово - на букву "пэ", - сказал де Трегье. - Но я посол, и мне не куртуазно.    - Почему Рейнольдс не начал войну сразу? - вмешался Ник.    - Возможно, повода не было. А тут все сошлось. И Элеонора обидела, и наследница рядом. Все козыри на руках.    - Его надо остановить! - воскликнул Ник.    - Как? На станции есть бомба?    - Вы знаете, что нет! - вздохнул куратор.    - Жаль. Не то сбросили бы на Проклятый лес - и все дела. По-другому не выйдет. Современного оружия у наблюдателей нет, отобрали, да и сами мы рассеяны по Гее. Чтобы собрать, используя единственный флаер, уйдет неделя.    - На станции есть оружие, - сказал Ник. - Немного, но все же.    - Наблюдатели не спецназ. Нас не учили обращаться с лазерным оружием, даже - с пистолетами. Только кинжалы и шпаги. К тому же годы... Мне семьдесят три, Хорхе за шестьдесят. А барон обучит аборигенов, создаст войско и двинется в завоевательный поход. Города к его ногам будут падать, как спелые яблоки. Мы с Хорхе написали двенадцать записок, прося разрешения создать отряд быстрого реагирования - как раз на такой случай, нам даже не ответили.    - Что делать? - спросил Ник.    - Доложить на Базу и ждать, - ответил граф. - Возможно, рассосется само.    - Как?    - Проклятый лес - опасное место. Туда нелегко зайти, но выйти еще труднее. В последний раз, когда изучали лес, заметили: тридиэтилгептоген сказался. Появилась новая, агрессивная фауна. Выжить там трудно.    - Я переведу спутник на другую орбиту, - сказал Ник. - Включу полное сканирование леса, оптическое и тепловое. Сам буду ждать инструкций. Прошу вас, Геннадий Андреевич, держать меня в курсе. Даже самая маленькая новость... Вызывайте в любое время!    - Договорились! - сказал граф и отключился.       6.       К лесу они добрались на следующий день. Дорога, на которую свернул отряд, оказалась малоезженой; чем дальше они продвигались, тем более терялись в высокой траве следы от колес. К вечеру они и вовсе исчезли. Селений на пути отряду не встретилось: они или таились в лесах, или прятались за пригорками. Беглецам это было на руку.    В сумерках Рей остановил отряд. Он повернул к рощице и, углубившись на сотню шагов, объявил привал. Алэйне с Флор, едва услыхав, сползли с седел и обессилено повалились на землю. Люк, спрыгнув, исчез в чаще, а барон снял сумки и отнес их на поляну. Там, собрав хворост, развел костер, после чего принес от недалекого родника котелок воды и пристроил его над пламенем. К тому времени, когда Люк вернулся, Рей уже помешивал варево. Оруженосца он встретил вопросительным взглядом. Люк покачал головой, и барон указал на женщин. Мерриец достал топор, углубился в лес и явился обратно с ворохом веток. Бросив их на землю, расстелил сверху одеяла и направился к женщинам.    Первым делом он подошел к Флор. Встав на колени, Люк просунул руки под плечи и ноги девушки, поднял ее и отнес на приготовленное ложе. После чего проделал то же самое с наследницей. Уставшие женщины и не пытались возражать. Люк расседлал коней, притащил два седла и примостил их под головами беглянок. Алэйне вытянулась и задремала. Она видела второй сон, когда ее бесцеремонно тряхнули за плечико. Наследница открыла глаза. Сверху маячило лицо барона.    - Выпейте!    Край чаши коснулся ее губ. Это было вино, терпкое и кислое, - питье воина, а не знати. Девушка осушила чашу и, ощутив прилив бодрости, села. Рядом из рук Люка пила Флор.    - Теперь есть!    Котелок с дымящимся варевом возник между женщинами. В руки им сунули ложки. Алэйне собиралась сказать, что не голодна, как вдруг ощутила зверский аппетит. Обжигаясь, она набросилась на еду. Напротив работала ложкой Флор. Каша из дробленого зерна, щедро приправленная копченым салом, оказалась необыкновенно вкусной. Она пахла дымком и таяла во рту.    Когда ложки заскребли по дну, Алэйне вспомнила, что котелок над огнем был один; барон с оруженосцем остались без ужина.    - Извините! - сказала она, краснея.    - Мы поели, - успокоил барон. - Вам нужно горячее. Завтра трудный день.    "Сегодняшний, выходит, был легким?" - хотела спросить Алэйне, но не решилась. Она осмотрелась. Стояла ночь, черная и непроглядная. Языки пламени выхватывали из темноты стволы деревьев и крупы лошадей. Те, суя морды в прицепленные к головам мешки, жевали овес. Люк забрал пустой котелок, унес его в темноту и вернулся с седлом. Бросив его сбоку от Флор, он лег и вытянулся. Барон таким же образом устроился рядом с Алэйне. Женщины оказались между мужчинами, те как бы прикрыли с внешних сторон своими телами.    "А кто станет нести стражу?" - подумала Алэйне.    - В роще нет ни зверья, ни людей, - сказал Рей, будто подслушав. - Люк проверил. Спите! В случае чего кони разбудят. Они слышат лучше нас.    Он опустил голову на седло и закрыл глаза. Алэйне посидела, глядя по сторонам, вздохнула и повалилась на правый бок. Совсем рядом - рукой протянуть, спал Рей. Отблески пламени, падая на его лицо, прочерчивали тени от носа и губ. Те двигались, от чего казалось, что барон хмурится. Алэйне некоторое время смотрела на Рея. Внезапно тот улыбнулся.    - Тея... - прошептал он.    Алэйне приподнялась. Лицо Рея выглядело умиротворенным. Наследница нахмурилась и повернулась на другой бок. Флор рядом не оказалось. Подкатившись к Люку, она посапывала, уткнувшись лицом в плечо меррийца. Алэйне поморщилась. "Завтра не встану! - подумала, ощущая, как ноет избитое в дороге тело. - Ни за что!" С этой мыслью она и уснула.    К удивлению Алэйне пробуждение вышло бодрым. Открыв глаза, она некоторое время прислушивалась к своим ощущениям. Легкая ломота в теле осталась, но, отдохнувшее за ночь, оно готово было двигаться. Голубело небо в прогалах между деревьями, в кронах свистели и щебетали птицы. Алэйне села и осмотрелась.    На ложе она осталась одна. Рей возился у костра, проворачивая над углями тушку какого-то зверя, Люк седлал лошадей. Рядом с меррийцем крутилась Флор, о чем-то рассказывая. Люк кивал головой и улыбался. Первым пробуждение наследницы заметил барон.    - С добрым утром, миледи! - сказал, улыбнувшись. - Вставайте! Флор проводит вас к роднику.    Фрейлина, услыхав, немедленно подбежала. Алэйне с наслаждением потянулась и встала. Флор отвела ее за деревья. Там, пониже корней дуба, журчал родник. Ручеек, образованный им, сбегал по склону и терялся в густой траве. Алэйне со стыдом вспомнила, что вчера ела, не умывшись - сил не было.    Первым делом она навестила кустики, которые ей указала Флор, после чего, стащив куртку и засучив рукава, с наслаждением умылась. Ледяная вода бодрила. Алэйне, зачерпнув ладонями, сделала глоток. Зубы заныли от холода. Она сплюнула и вытерлась поданным Флор полотенцем.    От ее куртки, поднятой с травы, несло конским потом. Алэйне сокрушенно подумала, что и от нее так разит. Сбрызнуться духами? Подумав, она отказалась от этой мысли. У конского пота сильный запах, он смешается с духами, в итоге выйдет непонятно что. В конце концов, и от ее спутников пахнет не лучше. Они в походе, а не во дворце.    Поляна встретила их ароматом жареного мяса. Алэйне сглотнула слюну. Барон, сгрузив тушку зверя на лист лопуха, кромсал ее кинжалом. Рядом, поджав ноги, сидел Люк.    - Присаживайтесь! - пригласил женщин Рей. - Нитра молодая, жирная, во рту тает.    - Какая нитра? - удивилась Алэйне, последовав приглашению.    - Речная крыса. Люк на рассвете подстрелил.    Желудок Алэйне непроизвольно сжался.    - Это можно есть? - спросила она, с подозрением рассматривая тушку.    - Еще как! - заверил барон. В доказательство он нацепил на клинок ножку зверька и поднес к лицу девушки. - Кусайте!    Алэйне зажмурилась, и отщипнула кусочек зубами. Подержала во рту. Мясо было нежным и горячим. Девушка стала жевать и не заметила, как проглотила. После чего сняла ножку с клинка и принялась жадно обгладывать. Ее спутники занимались тем же. Причем Люк, выбирая кусочки пожирнее, подносил их сначала Флор, и только потом брал себе. Барон ел без куртуазности, поочередно кусая то мясо, то хлеб.    - Попробуйте! - сказал, заметив взгляд Алэйне. - Дворяне не едят хлеба, это пища вилланов, но в походе не обойтись. Чувство сытости сохраняется дольше. Пообедать сможем не раньше вечера.    Он придвинул девушке ломоть. Алэйне отщипнула кусочек и бросила в рот. Пожевала. Мясо, конечно, вкуснее, но советом барона не стоило пренебрегать. Она съела ломоть, все мясо и с удовольствием пожевала бы еще, да нитра к тому времени превратилась в кучку костей. Жаль, что крысы, даже речные, не бывают размером с теленка.    Позавтракав, беглецы забрались в седла и тронулись в путь. Дорога кончилась, и отряд вступил в заросли. Сквозь чащу вела тропа, давняя и заброшенная. Кое-где кусты захватили ее, в таких местах Люк спешивался и махал топором. Время от времени его сменял Рей. Отряд двигался медленно, Алэйне стала оборачиваться. Она опасалась погони. Однако той не было, а Рей с Люком беспокойства не проявляли. Алэйне, поразмыслив, решила: преследователи или потеряли их след, или отстали надолго. Поди, догадайся, что они двинулись к Проклятому лесу! Беглецов ищут на дорогах.    Солнце было в зените, когда отряд выбрался из зарослей. Лес возник внезапно. Еще мгновение тому перед глазами маячили ветки кустарника, как вдруг те расступились, и перед путниками встала стена елей. Высокие, островерхие, они стояли плотно - ствол к стволу, и заслоняли полнеба. Странно, но между кустарником и лесом ничего не росло. Пустынная, будто выжженная полоса земли шириною шагов в двадцать словно предупреждала: дальше ходу нет!    Лес выглядел таинственно и мрачно. Алэйне ощутила, как тревожно кольнуло в груди.    - Всем спешиться! - сказал барон и, подавая пример, первым спрыгнул на голую землю. Алэйне с Флор последовали за ним. Рей подошел ближе.    - Миледи! - сказал строго. - С этого момента прошу слушать и выполнять. Лес опасен даже для тех, кто бывал в нем, а уж неопытным... Согласны?    Алэйне кивнула.    - Вашу руку!    Барон взял ее ладошку, крепко сжал и повел к лесу. Позади семенила за Люком Флор.    - Почему не верхом? - удивилась Алэйне.    - Кони не пойдут, а заставить их вы сможете. Слушайте меня! Сейчас вам будет страшно, очень. Нестерпимо захочется повернуть и убежать. Это очень сильное чувство, не каждый мужчина сумеет его преодолеть. Советую закрыть глаза и сжать зубы. Не выпускайте моей руки!    "Так вы сами ее держите!" - хотела сказать Алэйне, как вдруг волна ужаса накатилась на нее. Все страхи, которые приходилось испытывать ей прежде, не шли ни в какое сравнение с тем, что ползло ей навстречу. Липкое, мерзкое, оно проникало внутрь и остужало тело. "Назад! - будто шептал ужас. - Убью-ю..."    Паника овладела девушкой. Ей нестерпимо захотелось выдернуть руку и бежать, не чуя ног. Вспомнив совет Рея, она закрыла глаза. Барон, словно почувствовав, ускорил шаг. "Я пройду! - уговаривала себя Алэйне. - Рей ведь сумел. И Люк. Чем я хуже? Я герцогиня, пусть даже не правящая. Мне не пристало бояться! Стыдно!" Удивительно, но уговоры помогли - страх ослаб, а затем исчез вовсе. Когда Алэйне открыла глаза, они стояла у деревьев.    - Вы молодец! - сказал Рей, отпуская руку девушки. - Думал, что придется нести. Как ее! - Он указал ей за спину.    Алэйне обернулась. Люк тащил Флор, перекинув ту через плечо. Фрейлина визжала и вырывалась.    - Флор храбрая девушка! - вступилась Алэйне.    - Но не несчастная, - заметил барон. - Таким труднее.    Люк тем временем приблизился и поставил Флор рядом с хозяйкой. Лицо фрейлины перекосил страх, из глаз струились слезы. Алэйне обняла подругу. Флор приникла к ней и стала всхлипывать.    - Ждите нас здесь!    Рей с Люком повернулись и двинулись обратно. Они шли, наклонив головы, будто навстречу ветру. Алэйне вспомнила пережитый страх, и ей стало не по себе. Барон с оруженосцем преодолели мертвую полосу и вскочили на коней. Разогнав их, устремились к лесу. "Боже! - подумала Алэйне. - Кони их сбросят!" Так и вправду едва не случилось. Лошади вдруг замедлили ход, попытались встать на дыбы, но Рей с Люком ударили шпорами - только сейчас Алэйне заметила их на сапогах спутников - и кони прыгнули. Два скачка, и всадники оказались у деревьев.    - Держите! - приказал Рей, спрыгивая на землю. - Осторожно! Могут лягнуть!    Алэйне с Флор схватили поводья. Кони и вправду вели себя как безумные. Фыркали пеной, храпели и пытались вырваться.    - Успокойся! - сказала Алэйне, гладя коня по мокрой шее. - Все позади. Ну?    То ли женский голос подействовал, то ли страх прошел, но конь перестал беситься. Притих и жеребец Флор. Женщины привязали лошадей к дереву. Едва разобрались с этими, как Рей с Люком прискакали на новых. Сцена повторилась еще дважды. Пригнав последнюю пару, барон с оруженосцем спрыгнули на землю и сели. Лица их были мокрыми и бледными. Первой сообразила Флор. Вытащив из седельной сумки флягу, подбежала к барону. Рей приложился к горлышку, затем передал флягу оруженосцу. "Они прошли через страх десять раз, - подсчитала Алэйне. - Боже, я и двух бы не смогла!"    Передохнув, путники взобрались на коней. Рей ехал первым, ведя на поводу запасную лошадь, следом двигалась Алэйне, за ней - Флор; замыкал колонну Люк. Страх, владевший Алэйне, постепенно исчез, она с интересом стала глядеть по сторонам. Проклятый лес не отличался от тех, что она видела. Здесь было сумрачно и пахло прелью, но в еловых лесах всегда так. Этот, вдобавок, заброшен. Упавшие деревья гниют во мху, заставляя отряд огибать их. В обычных лесах деревья вытащили бы на дрова. Вилланам даже не нужно приказывать - бесплатное топливо. И хворост они собирают. В герцогских лесах чисто...    Здесь, однако, было что-то не так, Алэйне не сразу сообразила: слишком тихо и безжизненно. Не поют птицы, не летают бабочки. Даже комары, и те словно вымерли. Странно. Просвет между деревьями стал шире, Алэйне этим воспользовалась и нагнала барона.    - Почему нет птиц? - спросила, поравнявшись.    - Сожрали, - ответил Рей.    - Кто? - удивилась девушка.    - Тут есть кому. Держитесь за моей спиной, миледи! Так безопаснее.    Алэйне надулась, но отстала. Они выбрались на тропу и зарысили по ней. Трава была явно звериной, люди не оставляют таких следов. Некоторые из подступавших к тропе деревьев были сломаны, кусты вырваны с корнем. Алэйне поежилась, представив силу того, кто это сделал. Он стала крутить головой, выискивая опасность, но никого не увидела, да и Рей не проявлял беспокойства. Похоже, под благовидным предлогом он просто избавился от надоедливой собеседницы. Алэйне обиделась и больше не пыталась заговорить.    Отряд двигался все дальше. Еловый лес сменился смешанным, затем сосновым, они поднимались на холмы и спускались в распадки, пересекли пару ручьев и тихую лесную речушку, а барон и не думал объявлять привал. Даже коней они поили, не слезая с седел. Алэйне измучилась, Флор так и вовсе скисла. Люк, заметив это, поравнялся с фрейлиной и стал поддерживать ее. Флор прислонилась к нему, как показалось Алэйне, с большой охотой.    - Скоро! - сказал барон, оглянувшись. - Немного осталось.    Это "немного" растянулось до сумерек. Алэйне едва держалась в седле, когда отряд приблизился к озерцу. Его образовал родник, пробивший дорогу в песчаном обрыве. Вокруг воды росли деревья, кудрявился кустарник. Здесь Рей и остановил коней. Путники спрыгнули на траву, привязали лошадей и занялись приготовлениями к ночлегу. Костром занялся Люк. Барон обошел окрестности, постоял у озерца, заглядывая в глубину, и вернулся к становищу.    - Умываться только здесь! - Он указал на родник. - К озеру не ходить!    - А кто там? - спросила Алэйне.    - Не знаю, - ответил барон. - Но мне оно не нравится.    "Тебе все не нравится! - подумала Алэйне. - Обрадовался, что можешь командовать. Запугал нас. Где твои чудища? Ни одного не видели! Их, может, и нет вовсе".    Ее одолевала обида. В пути благородных спутниц принято развлекать беседой. Барон этим правилом упорно пренебрегал. Будь он немым, вроде Люка, тогда понятно, но он просто не желал с ней разговаривать. Бессовестный! Ведь может быть остроумным! Как он отбрил мачеху! "Я не привык обсасывать кость после того, как ее обглодали другие..." Они теперь до самой Киенны будут молчать? Так и с ума сойти можно!    Алэйне и Флор сбегали в кустики, умылись и вернулись к костру. Барон нарезал ломтями хлеб, копченую свинину, раздал девушкам и пристроился рядом. "А как же каша?" - хотела спросить Алэйне, но барон, судя по лицу, не расположен был объясняться. Даже жуя, он крутил головой, прислушиваясь. "Да перестаньте!" - хотела сказать Алэйне, но тут издали донесся рык. Он был могуч и страшен. Алэйне застыла с куском во рту.    - Берс!    Рей вскочил и подхватил с одеяла железную палку. Как только они вошли в лес, Люк достал ее из седельного мешка и протянул барону. Алэйне еще тогда захотелось спросить, что это такое, но впечатленная пережитым страхом, не решилась. Барон так и скакал с этой палкой в руках, не выпуская ее не на минуту. Алэйне мучило любопытство и, если б Рей не отшил ее, то обязательно б вызнала. Заодно расспросив о расправу со стражами. Как Рей их убил?    Барон сдвинул что-то в железке, та пискнула и замигала красной искоркой.    - Черт! - выругался барон. - Заряд совсем слабый. Люк, лошадь!    Мерриец метнулся к деревьям, отвязал одного из коней и стал торопливо его расседлывать. "Зачем?" - удивилась Алэйне. Мерриец покончил с седлом, взялся за повод и повел лошадь по тропе, которой они приехали.    - Что он делает? - спросила Алэйне, проглотив, наконец, свой кусок.    - Увидите! - ответил барон.    Отойдя шагов на пятьдесят, Люк привязал расседланную лошадь к одинокой осине. После чего бегом вернулся обратно. Сбегал к кустам, вернулся со свежесрезанной палкой и стал привязывать к ней рукоятку короткого меча, явно позаимствованного у стражей. Ремешок в его руке так и мелькал. Закончив, Люк взял получившееся копье наперевес.    - Держи! - Рей протянул оруженосцу странный предмет. - Подашь, когда в моем заряды кончится. Буду стрелять по глазам. Если не ослепить, копье не поможет.    Люк кивнул и взял предмет. В этот момент грянул новый рык. Он раздался совсем рядом и буквально оглушил путников. Кони за их спинами заржали и стали перебирать ногами. Лошадка, отведенная вперед, и вовсе сбесилась. Она встала на дыбы, затем стала прыгать, пытаясь сорваться с привязи. В следующий миг Алэйне похолодела. Из леса вышел зверь. Он походил на медведя - такой же увалистый и косолапый, с бурой шерстью и широкой грудью, только это был о-очень большой медведь. Можно сказать, огромный. И морда у него была не круглой, а вытянутой вперед, как у борзой собаки.    Завидев путников, зверь распялил пасть, усеянную частоколом зубов, и снова рыкнул. Флор без памяти рухнула на траву. Алэйне отступила за спину Рея и вытащила из ножен шпагу. Она прекрасно осознавала, что ее клинок такому зверю все равно, что зубочистка, но с оружием в руке было не так страшно. Зверь тем временем приблизился. Теперь окончательно стало ясно, насколько он велик. Даже в холке он был выше лошади на целый локоть.    Оставленный на заклание конь все еще пытался сорваться с привязи, и неведомый зверь, подойдя, хлопнул его лапой словно муху. Конь рухнул как подкошенный. Зверь остановился и стал разглядывать сгрудившихся впереди людей. Взгляд его был холодным, оценивающим. Берс, видимо, решал задачу: ограничиться одним конем или добыть и остальных? Заодно прихлопнув мелких двуногих тварей. Алэйне ощутила, как внутри заледенело.    Берс стоял так несколько мгновений. Алэйне они показались вечностью. Наконец зверь опустил взгляд и вцепился зубами в коня. Мотнув головой, дернул тушу. Повод, который не смог оборвать конь, тут же лопнул. Зверь развернулся и затрусил в лес, не выпуская добычу из зубов. Похоже, что груз его совершенно не тяготил.    - Повезло! - сказал Рей, опуская свою железку. - Голодный, есть очень хотел. Решил оставить на потом.    - Кто это был? - спросила Алэйне.    - Берс. Что-то вроде медведя. Только очень большой. Сами видели.    - Он вернется?    - Как проголодается. Лошади ему хватит на пару дней. А как явится, нас уже не буде.    - А другие хищники?    - Там, где охотится берс, они не живут. Это его территория. Он по нашему следу шел. Спрячьте!    Рей указал на шпагу, которую Алэйне все еще держала в руках. Девушка покраснела и сунула клинок в ножны.    - В лесу от нее мало толку, - сказал барон. - Лучше совсем снять.    Алэйне нахмурилась.    - Вы смелая, - похвалил Рей. - Не то, что Флор, - Он указал на фрейлину, возле которой хлопотал Люк. Брызнув водой на лицо девушки, он привел ее в чувство. Сев, Флор зарыдала. Люк взял ее на руки и отнес на постель. Уложив, хотел встать, но Флор вцепилась в меррийца мертвой хваткой. Поколебавшись, Люк прилег рядом. Флор обхватила его за шею и крепко прижалась, Люк обнял ее. Алэйне нахмурилась.    - Не беспокойтесь, миледи! - сказал Рей. - Люк не обидит Флор. Она перепугалась и ищет сочувствия.    "Мне тоже не помешало!" - подумала Алэйне, чувствуя, как колотится в груди сердце.    - Давайте спать! - предложил Рей.    Скоро все путники лежали на одеялах. Флор с Люком ровно дышали, все еще сжимая друг друга в объятиях. Слева от Алэйне вытянулся Рей, а сама она, во власти пережитого, никак не могла уснуть. Уставившись в звездное небо, думала о событиях последних дней. Бегство из Бара было спонтанным порывом. Она рассчитывала на де Трегье, и тот обещал помощь, но что-то не заладилось. И вот теперь она в компании де Бюи и его оруженосца ночует под открытым небом, ест каких-то крыс... Сегодня неведомый берс едва не сожрал их. А она думала, что поедут трактом, останавливаясь в гостиницах. Нормальная пища, мягкая постель, и ванна каждый день. Не поспешила ли она? Может вернуться?    "Нет! - решила Алэйне. - Непременно убьют, а перед этим еще изнасилуют. Стражник это ясно сказал. Надо идти с Реем. Да, он не учтив, но, похоже, знает, что делать. Другой на его месте сгинул бы сам и погубил нас. Пару недель можно потерпеть. К тому же Рея можно понять: недавно похоронил жену. Говорили, он ее сильно любил..."    Алэйне повернулась к спутнику. Барон лежал на спине и что-то шептал. Алэйне придвинулась.    - Теа, - пробормотал Рей. - Я так скучал по тебе, милая...    Алэйне нахмурилась: услышанное ей не понравилось. "Надо будет поговорить с ним! - решила, подумав. - Обо всем. Вдруг он одержим дьяволом?" Она еще долго ворочалась, пока не забылась.             Проснулась Алэйне рано. Солнце еще не выглянуло, но мягкий утренний свет уже заливал окрестности. Спутники спали. Девушка, окинув их взглядом, встала и вытащила из валявшейся сумки полотенце. Шмыгнув за кусты, выбралась на берег озера и торопливо разделась. Попробовала ногой воду и поежилась. Прохладная. Впрочем, так всегда кажется поначалу. Она окунется и освоится. Она три дня не принимала ванну, сколько можно?    Алэйне ступила в воду. Дно плавно понижалось к центру, это как раз то, что ей нужно. Нет опасности ухнуть в глубину. Алэйне забрела до середины бедер, остановилась и стала поливать себя из ладошек. Струйки с плеском падали в озеро. Теперь нужно собраться с духом и окунуться. Алэйне посмотрела вперед. Поверхность озера была гладкой и безмятежной. Легкий парок стелился над ней, мешая заглянуть в глубину. Алэйне присмотрелась. Ей показалось, или какая-то тень мелькнула в воде? Кто это? Рыба? Рыбы не нападают на людей. Однако в этом Проклятом лесу все возможно. "Рей предупреждал! - вдруг вспомнила девушка. - Лучше уйти. У родника умоюсь!"    Она попятилась, но не успела. Поверхность озера вздыбилась и распалась. Длинное, черное тело, выскочив наружу, метнулось к девушке. Алэйне успела разглядеть пасть, усеянную острыми зубами и круглые черные глаза. Их взгляд был холоден и безжалостен. Алэйне пыталась закричать, но не смогла: спазм перехватил горло.    Сбоку что-то мелькнуло. В следующий миг Алэйне толкнули в плечо, и она рухнула в воду, погрузившись с головой. А когда выскочила, отфыркиваясь, то увидела Рея. Тот стоял, держа в руках копье. То самое, сделанное вчера Люком. На лезвии меча, привязанного к палке, билось, извиваясь, чудище. Рей с трудом удерживал его на весу.    - Миледи! - прохрипел он, скосив взгляд на девушку. - Достаньте тан у меня за поясом и прирежьте тварь. Скорее! Она еще очень сильна.    Алэйне метнулась к барону и выхватила из ножен меррийский тан. Размахнувшись, всадила лезвие поверх раздувавшихся жабр. К ее удивлению, клинок легко пробил черепную кость, погрузившись до рукояти. Чудище вздрогнуло и обмякло.    - Спасибо! - поблагодарил Рей и повернулся к берегу. Алэйне устремилась следом. Выйдя из воды, барон сбросил добычу на траву. Алэйне присела, разглядывая. У чудища оказалось сплюснутое с боков, длинное тело, толщиною в ногу взрослого человека, широкий хвост и плавники. Тело плавно переходило в голову с длинной пастью. Не то рыба, не то животное.    - Тхор! - сказал Рей. - Появившись в озере, уничтожает всю живность. Вчера заметил, что рыбы в воде совсем нет, хотя вечером она выходит кормиться.    "Поэтому предупредил нас, - подумала Алэйне. - А я не прислушалась".    - Тхор ловит животных на водопое, - продолжил Рей, - Те забираются в воду, тхор вцепляется им в брюхо и вырывает внутренности. Животное падает и тонет, после чего тхор тащит его на глубину, где и ест. Хорошо, что я проснулся и заметил, что вас нет. Слышу, за кустами плещутся. Схватил копье - и сюда...    Алэйне, не зная, куда деться от смущения, нагнулась и вырвала из головы тхора тан. Струя крови брызнула ей в лицо и попала на грудь.    - Хороший кинжал! - сказал Рей, забирая тан. - Меррийская сталь. Люк подарил. Пробивает любую кость. Умойтесь, миледи! Вы испачкались.    Только сейчас Алэйне сообразила, что сидит перед Реем совершенно голая. Ойкнув, она вскочила и ринулась к озеру. И замерла у воды.    - Другого тхора здесь нет, - успокоили за спиной. - Он соседей не терпит.    Алэйне плюхнулась в воду и завозилась, смывая с себя кровь. Несмотря на слова Рея, вглубь забираться она не стала. Пока плескалась, подскочивший на шум Люк помог Рею утащить тхора. На берегу осталась Флор с полотенцем. Она дождалась хозяйку, обтерла ее и помогла одеться. После чего расплела Алэйне мокрые косы.    - У огня скоро высохнут! - сказала, улыбаясь.    Они вернулись к костру. Рей с Люком, разделав тхора, нанизали на прут розовое мясо и жарили над углями. "Опять какую-то гадость есть!" - подумала Алэйне. Она села в сторонке, и Флор стала расчесывать ей волосы, равномерно распределяя их по плечам, чтоб скорее сохли. Рей глянул на них и подмигнул. Алэйне покраснела.    Парное мясо поспело скоро. К удивлению Алэйне, оно оказалось вкусным, разве что слегка жестким. "Тхор хотел съесть меня, а вышло, что я его ем! - подумала девушка, пережевывая. - Так ему и надо!" Неприятные воспоминания ее не тревожили. То ли уже привыкла, то ли не успела толком испугаться. Больше волновало то, что Рей видел ее голой. "Ну, и что? - решила Алэйне, обдумав ситуацию. - Он не дворцовый щеголь, болтать не станет. Думаю, он и не разглядел меня толком. Некогда было..."    Успокоившись, Алэйне дождалась, пока Флор заплетет ей косы, и стала собираться. Барон с Люком сгрузили нажаренное про запас мясо в сумки и забросили те на коней. Путники забрались в седла. Флор с Люком отъехали, и Рей приблизился к наследнице.    - Надеюсь, в следующий раз вы меня послушаетесь? - спросил вполголоса. - Я дал слово доставить вас в Киенну. Не хотелось бы - мертвой.    - Простите! - ответила Алэйне, смутившись.    - Держитесь за моей спиной!    Барон пришпорил коня и ускакал в голову отряда.       7.       После полудня отряд вышел к очередному распадку. К удивлению Алэйне они не стали спускаться, а остановились перед самой опушкой. Рей вытащил из сумки странный предмет из двух коротких трубок, соединенных между собой, и поднес его к глазам. После чего стал всматриваться в противоположный берег.    - Что это? - не удержалась Алэйне.    - Бинокль, - ответил барон, протягивая ей предмет. - Подзорная труба для двух глаз. Гляньте!    Алэйне взяла бинокль и повторила движение спутника. Вскрикнула. Противоположный берег будто прыгнул ей навстречу. Она отчетливо видела стволы сосен, песчаный обрыв и кусты шиповника, росшего на его краю. Некоторое время она с любопытством разглядывала все, что попадало в поле зрения.    - Откуда это у вас? - спросила Алэйне, возвращая бинокль. - Никогда такое не видела.    - И не только вы, - сказал Рей. - Пожалуйста, не выезжайте на опушку!    Алэйне, как раз собравшаяся это сделать, остановила лошадь.    - Чего вы опасаетесь? - спросила с досадой.    - Горгулий.    - Разве они существуют? - удивилась Алэйне.    - К сожалению, - ответил Рей, продолжая наблюдение. - Есть! - сказал он спустя мгновение с досадой в голосе.    - Где?    - Вон! - Рей указал рукой.    Алэйне присмотрелась и различила на вершине одной из сосен черную фигурку. Маленькую.    - Это ворона! - сказала, пожимая плечами.    - Ворон здесь давно съели! - возразил Рей. - Посмотрите!    Он передал ей бинокль. Алэйне навела его на сосну и увидела странную птицу. У нее были кожистые крылья, как у летучей мыши, толстый и длинный прямой клюв и мощные лапы, которыми горгулья сжимала сук, на котором сидела.    - Она опасна? - спросила девушка, опуская бинокль.    - Одна - не очень, а вот стая... Это сторож. Как только мы выйдем из леса, горгулья закричит. На крик прилетят другие; они где-то неподалеку. Набросятся и раздерут нас в клочья.    - Птицы? - не поверила Аэйне.    - Каждая из горгулий размером с киеннского дога. Вместо клюва у нее пасть, усеянная острыми зубами. Каждый коготь на ногах как короткий кинжал. Такие же когти на суставах крыльев. Горгульи убивают даже варгов, а те самые сильные здесь после берса.    - Придется ждать темноты?    - В этой части леса ночью опасно. Черт, далеко. Но надо попробовать!    Рей взял правую руку уже знакомую Алэйне железную трубу и спрыгнул с коня. Прячась за стволами, он вышел к опушке и пристроил ее на сук невысокой сосны. Приложился к ней глазом. "Что он собирается делать?" - подумала Алэйне. Внезапно там, где стоял Рей, негромко зашипело. Тонкий, ослепительно яркий луч, видимый даже при свете дня, сорвался с конца трубы и устремился к противоположному краю распадка. Алэйне увидела, как луч скользнул по макушке сосны, сбив несколько веток, а затем уперся в горгулью. Та было расправила крылья, но тут же сложила их и, цепляясь за ветки, полетела вниз.    - Повезло, что не успела крикнуть, - сказал барон, воротившись. - Теперь главное - тихо!    Они осторожно выехали из леса, спустились в долину и поднялись на противоположный берег. Все это время Алэйне чувствовала, как в груди колотится сердце. Только оказавшись среди деревьев, она успокоилась.    - Едемте, покажу! - предложил ей барон.    Не выезжая из леса, они пробрались к месту падения горгульи. Издали та походила на груду тряпья. Лошади, учуяв запах, уперлись и зафыркали. Алэйне, разглядывая, склонилась с седла. Горгулья была велика. Крепкое тело, похожее на собачье, мощные лапы с когтями и острые зубы в пасти-клюве. Горгулья лежала, свернув шею и откинув в стороны крылья. Когти на них и вправду напоминали кинжалы. Алэйне поежилась.    - Как вы убили ее?    - Из лучемета, - ответил Рей, показывая давешнюю железку.    - Откуда он у вас?    - Отсюда! - буркнул Рей. - Едем, миледи! Вы скоро все сами увидите.    Воротившись к спутникам, они перекусили и устремились дальше. Теперь впереди ехал Люк. За ним следовала Флор, потом Алэйне. Рей замыкал колонну. Давешнюю железку он спрятал в седельную суму, а уже знакомый Алэйне, но по-прежнему непонятный предмет, держал в руке. Путники двигались тропой, давней и заброшенной. Росшие по краям кусты хлестали их ветками, приходилось придерживать их руками или пригибаться к шеям коней. Алэйне пропустила момент, когда лес стал редеть и вдруг кончился. Они стояли на краю обширной поляны. Ее укрывала трава и какой-то странный, стелющийся по земле кустарник. Но главное было не в этом. Посреди поляны возвышалось ни на что не похожее сооружение, состоявшее из соединенных вместе округлых бочек. Бочки, лежавшие на боку, были огромные. Выше человеческого роста, выше головы лошади, даже выше человека, вздумай тот встать на седло.    - Что это? - изумленно спросила Алэйне.    - Корабль, - ответил Рей, - и наш дом на ближайшие дни. Здесь есть комнаты, постели и даже еда. Люк все вам покажет. Добро пожаловать, миледи!    Он ударил каблуками под брюхо коня и поскакал вперед.             Рей прошел в рубку, взял легкий пластиковый шлем, лежавший на кресле пилота, и нахлобучил его на голову. Перед глазами немедленно вспыхнул экран, по голубому полю столбиком побежали буквы и цифры.    - Добро пожаловать! - произнес мелодичный, женский голос.    - Здравствуй, корабль! - сказал Рей. - Я скучал.    - Сформулируйте задачу! - продолжил голос, никак не отреагировав на признание.    - Ты можешь проложить путь в Киенну? Отсюда - и до столицы?    - Способ передвижения? Флаер, бот?    - Верхом, - сказал Рей. - Возможно, и пешком. Как получится.    - Направление движения?    - Через лес, не покидая его пределов.    - Это долго и опасно.    - Выбора нет, - вздохнул Рей.    - Для выполнения задания потребуется время. Необходимо запросить данные со спутника, оценить количество и агрессивность имеющейся фауны, наличие селений аборигенов, укрытий - основных и запасных, а также - мест стоянок.    - Я подожду! - сказал Рей.    - Результат занести в коммуникатор?    - У меня его нет.    - Вывести на носитель?    - Ну... - сказал Рей. - Чтоб карта была.    - Вариант для аборигенов? Несгораемая пленка для изображений длительной фиксации в контейнере и с гелевым карандашом?    - Наверное, - сказал Рей.    - Начинаю поиск. За ходом следите на большом экране.    Рей стащил шлем и уставился на вспыхнувший перед ним экран. Тот был большим - не менее двух локтей в ширину и локоть в высоту. Рей некоторое время следил за сменяющимися картинками, затем крутнулся во вращающемся кресле. И замер. В дверях с глазами, мало чем уступающими размером экрану, стояла Алэйне.    - Проходите, миледи! - вскочил Рей.    Алэйне поколебалась, но двинулась к нему. По металлическому полу она ступала осторожно, как по льду, и вертела головой, все разглядывая. Рей развернул соседнее кресло.    - Садитесь!    Алэйне помедлила, но опустилась в кресло. Рей плюхнулся в свое.    - Что здесь происходит? - спросила Алэйне. - С кем вы разговаривали? С дьяволом? Это его пещера? Здесь никого нет, кроме вас, а вы кому-то приказывали...    - Успокойтесь, миледи! - улыбнулся Рей. - Здесь нет дьявола. Мы на корабле, и тот прокладывает нам путь. Для этого у него есть глаз в небе. Видите! - Рей ткнул пальцем в экран.    - Дьявол! - взвизгнула Алэйне. - Вы заключили с ним сделку!    Рей сунул руку за ворот, вытащил нательный крест и коснулся его губами. Затем перекрестился ладонью и поцеловал большой палец.    - Видите? Морок не исчез. Здесь нет никакого нечистого. Этот корабль сделали люди.    - Как такое возможно? Этого не может быть!    - Для господа нет ничего невозможного. Гея не единственная из его миров, где-то живут и другие люди. Они умеют делать корабли, путешествующие между мирами, и совершенное оружие, действие которого вы видели. Однажды эти люди посетили на Гею. Им здесь не понравилось. Они улетели, бросив свой корабль. Наверное, тот сломался, а люди не смогли его починить. Желая защитить корабль и то, что внутри, они окружили лес заклятьем. Оно прогоняет людей и животных, но мы прошли. Корабль лежит здесь давно. Он пострадал при посадке, вы сами видели треснувшие стены и перекошенные полы. Однако корабль живой, у него есть разум. Стоит надеть шлем, как он спрашивает, чего ты желаешь, и послушно исполняет приказы. Главное понимать язык.    - Вы его знаете?    - Учил в Киенне. Профессор говорил, что это речь древних; думаю, он не подозревал, что это не так. А может и знал...    Рей вздохнул.    - Как вы узнали про корабль?    - Его нашел Люк.    - Расскажите!    - Долгая история! - сморщился Рей.    - Я не спешу! - сказала Алэйне, устраиваясь удобнее. - И знайте: вы не убедили меня!    - Ладно, - пожал плечами Рей, - слушайте! Эта история похожа на сказку. В столице герцогства жил один молодой барон. Он служил в гвардии, был хорош собой, женщины мечтали связать с ним судьбу. Но барон любил красавицу-недотрогу. Та была настолько прекрасна, что у мужчин замирали сердца, стоило ей показаться на улице. Барону удалось добиться взаимности. Он готовился к свадьбе, как красавица передумала и вышла замуж за знатного вельможу.    - Моего отца?    - Вы проницательны, миледи! - усмехнулся Рей.    - Продолжайте! - велела Алэйне.    - Барон был глуп и счел, что жить ему больше незачем. Решив покончить счеты с жизнью, он отправился в Проклятый лес.    - Зачем?    - Барон считал себя возвышенной натурой. Ему казалось, что погибнуть в схватке с чудищами - смерть, достойная дворянина. Он добрался до леса, бросил коня и со шпагой в руке вошел в чащу.    - Дальше! - потребовала Алэйне.    - Барон бродил весь день, но чудищ не встретил. Он заночевал, а назавтра столкнулся с варгом.    - Это кто?    - Волк, ростом с теленка, в чешуе и с огромной пастью. Варги охотятся стаями, но тот почему гулял один. Барон вступил с варгом в схватку и одолел его. Однако раны, полученные в битве, оказались тяжелыми. Барон истекал кровью. Он прочитал молитву и приготовился к смерти. Сознание его померкло. Очнулся он уже в корабле.    - Вас нашел Люк?    - Да. Он вышел охотиться и стал свидетелем нападения варга. Побежал на помощь, но опоздал. Люк взвалил барона на плечи и принес к кораблю. Вдвоем с сестрой они выходили раненого.    - Как они оказались здесь?    - Спасались от погони, как и с вами.    Рей замолчал, всем своим видом показывая, что не намерен далее продолжать.    - Рейнольдс! - нахмурилась Алэйне. - Продолжайте!    Барон не ответил.    - У вас должно быть секретов от дочери герцога!    Рей подумал, снял с пояса флягу и приложился к горлышку. Затем глотнул еще и протянул флягу Алэйне. Поколебавшись, та взяла и слегка глотнула. От крепкого вина у нее запершило в горле, и девушка закашлялась. Рей забрал флягу и прицепил к поясу.    - Это тяжко вспоминать, миледи... В Киеннской империи не любят меррийцев, мы считаем их варварами. На самом деле это такие же люди. Письменность Меррии насчитывает века, а их государственное устройство похоже на наше. Король, дворяне, крестьяне, ремесленники... Люк - дворянин в двадцать первом колене. У него имелось поместье, не слишком богатое, но достаточное, чтобы не бедствовать. Еще была сестра Ти, которая приглянулась могущественному соседу. Вернее, его сыну. Тот попросил Люка, которого в ту пору звали Лю, отдать Ти ему в наложницы.    - Как это? - изумилась Алэйне.    - По законам Меррии мужчина имеет право только на одну жену, но количество наложниц не ограничено. Сосед Лю был женат.    - Варвары! - фыркнула девушка.    - В Меррии считают иначе. Официальные наложницы там почитаемы, их дети считаются наследниками наравне с детьми жен. Однако в наложницы Ти не захотела. Сосед затаил зло, выбрал момент, когда Лю отлучился, и напал на его поместье. Перебил стражу, захватил Ти и изнасиловал ее. После чего приказал сделать это своим воинам.    - Господи! - воскликнула Алэйне.    - На беду соседа Лю скоро вернулся. Надругательство еще длилось, насильники увлеклись и не выставили стражу. Лю и его воины напали внезапно. Они выпустили стрелы и достали мечи. Насильники полегли все до одного. Их вытащили к дороге и распяли голыми на деревьях, как это принято у меррийцев. Перед этим мертвым отрезали мужские достоинства и засунули им во рты. С сыном соседа это проделал лично Лю.    - И вы утверждаете, что они не варвары! - возмутилась Алэйне.    - Мне нравится этот обычай, - сказал барон. - На месте Лю я поступил бы также.    Алэйне не нашлась, что возразить.    - Лю утолил чувство мести, но приобрел могущественного врага. Сосед обратился к королю, но тот оправдал Лю. Лю имел право на месть. Тогда сосед двинул на него войско. Оно в пять раз превышало дружину Лю, сестре и брату пришлось бежать. Они направились в империю, полагая, что граница остановит врага. Не получилось. Сосед, пылая злобой, продолжил преследование. Беглецов прижали к Проклятому лесу, пошла резня. Когда последний воин Лю пал, он взял Ти за руку и вошел в лес. Тот впустил его. Я говорил вам, миледи: лес любит несчастных. Меррийцы скитались, чудом не стали кормом зверей, пока не набрели на корабль. Тогда и явился я.    - А далее?    - Все просто! - пожал плечами Рей. - Я начал вставать, прошел в эту комнату и надел на голову шлем. Корабль заговорил со мной, и я узнал, кто его сделал. Корабль признал меня, он выполняет просьбы и дает советы.    - Почему вас не растерзали чудища?    - Они опасаются приближаться к кораблю. И у нас было оружие.    - А где брали пищу?    - Здесь. Да! - подтвердил Рей в ответ на удивленный взгляд Алэйне. - Мы нашли. Она хранилась в ящиках с холодом, потому не испортилась. Еще есть в сосудах из металла, плотно запаянных. Мясо, рыба, овощи, хлеб. Не очень вкусно, но есть можно. У нас не было нужды постоянно охотиться. Когда я окреп, мы взяли оружие - корабль научил меня с ним обращаться - и пробились из леса. В селении купили лошадей и отправились в Бюи.    - Люк поступил к вам на службу?    - Я предложил ему стать вассалом. Он согласился: его поместье забрал сосед, по возвращению сестру с братом ждала смерть. С тех пор мы вместе.    - А Ти?    - Она вышла замуж.    - За кого?    - За меня.    - Вы женились на изнасилованной женщине?! - воскликнула Алэйне.    - Что в том такого?    - Я помню, как вы говорили про обглоданную кость.    Рей помедлил.    - Между костью, которая хочет, чтоб ее обгладывали, и той, у которой этого не спрашивают, есть различие, не правда ли? В чем вина изнасилованной девушки? На ней нет греха.    - Но... - заикнулась Алэйне.    - Мнение людей, - усмехнулся Рей. - У нас принято сторониться несчастных. Мы оправдываем разврат, но осуждаем невинных.    - Вы полюбили ее?    - Не сразу. Барон не забыл свою красавицу. Терзался неразделенной любовью, не замечая глаз, которые смотрели на него с обожанием. Тем самым он едва не убил Ти.    - Как?    - Однажды Лю спросил барона...    - Люк - немой! - возразила Алэйне.    - Нет, миледи, он просто молчит. У меррийцев это признак траура. Лю поинтересовался: не желает ли сюзерен взять Ти в наложницы? Барон удивился: в империи это не принято. Зачем унижать сестру друга? Здесь женщины выходят замуж, но жениться барон не хочет - ни на ком. Лю воспринял эти слова, как грубый отказ. У меррийцев изнасилованных женщин не берут жены. Этого, собственно, и добивался сосед Лю, напавший на его поместье. Он хотел унизить Ти и закрыть ей дорогу к замужеству. Она могла воссоединиться с любимым лишь став его наложницей. Барон не знал этого и тем самым приговорил Ти. Она перестала есть и медленно умирала.    - Из-за неразделенной любви?    - Вам это странно слышать, миледи, но именно так. Меррийки любят не так, как мы. Не знаю, что нашла Ти в самовлюбленном гордеце, ковыряющимся в своих страданиях. К тому же меррийцам мы кажемся некрасивыми.    - Ти была хороша собой?    - Чудо как! - сказал Рей. - Тоненькая, изящная, с маленькими ручками и ступнями. Удлиненные глаза, высокие скулы... Они не портили ее, наоборот. Ее будто выточили из мрамора... Барон не понимал, что происходит, но он не хотел, чтоб умерла сестра друга. Он посылал к ней лекарей, но те разводили руками: больная отказывается есть. Люк в ответ на расспросы молчал. К счастью, нашелся купец, рассказавший барону об обычае Меррии.    - Каком?    - Умирающую от любви женщину может спасти ее возлюбленный. Барон пошел к Ти. Просил молока и поднес его женщине.    - Она выпила?    - Из рук возлюбленного меррийка примет даже яд. Барон понял, в чем причина болезни. Он приходил каждый день и кормил Ти. Та ела, но при этом укоризненно смотрела на барона. Ему это надоело. Барон понял, что ему придется кормить меррийку оставшуюся жизнь. Тогда он сказал Ти, что его неправильно поняли. В империи нет наложниц, но Ти, если захочет, может стать его женой. Меррийка возразила: это невозможно, происшедшее закрыло ей путь к браку. Она не достойна. Есть выход, возразил барон - необходимо креститься. Крещение смывает грехи, человек как бы рождается до новой жизни.    - Сами додумались? - спросила Алэйне.    - Священник подсказал, - признался Рей. - Меррийцы - язычники, наш кюре мечтал их окрестить. Ти идея понравилась. Думаю, ей было все равно, лишь бы благовидный повод. Барону, в свою очередь, было плевать на прошлое Ти. Он не любил ее, поэтому не ревновал. Только спустя время барон понял, какое сокровище послал ему Господь. Ти словно растворилась в муже. Жила только его заботами, думала лишь о том, как сделать его счастливым. У мерриек так принято.    - Варварский обычай, - скривилась Алэйне. - Женщина не должна пресмыкаться.    - Ти не пресмыкалась, она любила. Вам это трудно понять.    - Не судите по мачехе! - нахмурилась Алэйне. - Наши женщины не хуже.    - У меня не было возможности в этом убедиться.    - Ладно! - вздохнула Алэйне. - Продолжайте!    - После крещения Ти стала Теей. Брат решил не отставать и превратился в Люка.    - У вас были дети?    - Нет. К тому времени, как воротился Лю, Ти изнасиловал по меньшей мере с десяток воинов. От такого, случается, умирают. Она выжила, но не могла забеременеть.    - Брак без детей противен богу. Церковь даже разрешает развод в таких случаях.    - Тея хотела, чтоб я взял наложницу. Она оставалась меррийкой... Переживала, что у меня нет наследника, и готова была делить меня с другой. Я не стал ее слушать. Никто, кроме нее, не был мне нужен. Я благодарил Господа, ниспославшего ей то горе, ибо в противном случае мы бы не встретились. Оказалось, что и Ти думает также. После насилия она хотела себя зарезать. У меррийцев и женщины - воины; Тея, прежде чем ее схватили, зарубила двоих. Люк запретил сестре самоубийство. Он был старшим в семье, а в Меррии воля старшего - закон. Мне Тея сказала: она рада, что послушалась брата. И за счастье быть с любимым, она готова пережить тот ужас еще раз. Я ответил, что этого не будет. Она моя жена, и я не позволю ее обидеть.    Рей приложился к фляжке.    - Норги... Они подскакали к замку и окружили его. Мы не боялись: дикари не умеют брать крепости. Я влез на площадку донжона, чтобы посчитать, сколько их. Тея увязалась за мной. Мы смотрели на дикарей, в этот момент норги за спинами натянули луки. Я не видел этого. Стрела пробила ей шею...    - Вам не в чем винить себя, барон! - сказала Алэйне.    - Есть, - не согласился Рей. - Я знал, что у норгов - луки, и что они меткие стрелки. Мне следовало запретить Тее идти со мной. Но она смотрела так умоляюще... Жалость в таких вещах недопустима. Я забыл это, и Бог покарал меня.    - Поэтому вы обратились к дьяволу?    - О чем вы? - удивился Рей.    - Я слышала, как ночами вы зовете жену и разговариваете с ней. Что это, как не козни дьявола? Нечистый прельщает вас. Как можно разговаривать с мертвой?    - Я говорю не с ней.    - А с кем?    - С "ами".    - Кто это?    - Дух Теи.    - Откуда он взялся?    - Тея умерла не сразу. Я отнес ее вниз, лекарь извлек стрелу, но было ясно, что она не выживет. Тогда Тея взяла мою руку и произнесла заклинание. У меррийцев есть такой обычай. Тея и по смерти хотела мне помогать. Так у меня появился "ами". Когда я сплю, он охраняет меня и предупредит, если заметит опасность. Поэтому я не выставлю стражу - в ней нет нужды. Это плохо?    - Это против бога. Он, а не духи, хранит нас.    - Поэтому мы возводим замки и вооружаем воинов? А что мы делаем в этом лесу? Почему Господь не спас вас от злобной мачехи?    - Вы богохульствуете!    - Ничуть! Господь не желает помогать грешникам. Мы плохие христиане. Верим в приметы, плюя через левое плечо и прогоняя с дороги кошек, хотя в Писании ясно сказано: так поступают язычники. Мы лжесвидетельствуем, предаем, убиваем и прелюбодействуем. Заклинание Ти не причем. Она хотела меня хранить, и Господь, тронутый ее любовью, это разрешил.    - "Ами" всегда будет с вами?    - Уйдет, если я попрошу. Или сам решит, что более не нужен. Я рассказал вам все, миледи. А теперь откровенность за откровенность. Зачем вы выдаете себя за распутницу, любящую женщин?    Алэйне покраснела.    - Как вы догадались? - спросила чуть слышно.    - Я видел таких женщин в Киенне. Они необычайно ревнивы. Если кто позарится на их подружку, готовы выцарапать глаза. Флор не отходит от Люка, а вы хоть бы бровью повели.    - Мачеха подсылала ко мне мужчин, - сказала Алэйне. - Поручала им соблазнить меня, войти в доверие и, при возможности, отравить. Кто заподозрит фаворита в смерти наследницы? Он ведь пылинки должен с нее сдувать. Я слышала, как мачеха объясняла это любовникам. Тогда я решила назло ей... У меня ничего не было с этими девушками, мы просто спали в одной постели. На людях я делала вид, что влюблена.    - Элеонора этим великолепно воспользовалась. Все знают о вашем "распутстве". Вам трудно будет вернуть трон.    - Сначала нужно добраться в Киенну! - вздохнула Алэйне.    - Туда два пути. Первый - вернуться на тракт. Нам будут преграждать дорогу, высылать вслед погоню, любыми способами стараться убить. Возможно, у них это получится. Но прежде мы убьем мы - десятки, сотни ваших подданных. Вы готовы к этому?    - А второй путь? - спросила Алэйне.    - Через Проклятый лес. Он примыкает к Арвенскому хребту, земли Киенны - сразу за ним. Людей в лесу нет, а вот зверей много. Чудовищ. Некоторых вы видели, но есть и другие. Сколько их здесь и каких, не знаю ни я, ни Люк.    - Какой путь опаснее?    - Оба. Ваш выбор?    - Лес! - сказала Алэйне.    - Тогда отдыхайте и готовьтесь. Мне нужно побыть здесь. Вы выведали все?    - Рей, - сказала Алэйне. - Не сердитесь! Я не собиралась лезть к вам в душу. Но знать, с кем делишь ночлег, необходимо.    - Вы похожи на отца, - вздохнул Рей. - Тот тоже дотошно выспрашивал, а потом делал вид, что случайно.    - Вы любили его?    - Да! - сказал Рей.    - Несмотря на то, что он отнял вашу невесту?    - В чем его вина? - пожал плечами Рей. - В том, что выбрали его?    - Вы удивительный человек!    Алэйне коснулась его руки, встала и вышла. Рей проводил ее взглядом и повернулся к экрану. Корабль будто ждал этого. Под панелью загудело, и на стол выскочил продолговатый, круглый пенал. Рей повертел его в руках, разбираясь, затем подцепил ногтем крышку и вытащил свиток. Развернув его, некоторое время разглядывал. Попробовал поцарапать пленку ногтем, затем взял карандаш, оказавший в пенале, и начал писать. Буквы ложились на пленку легко. Рей плюнул на палец и попытался стереть. Не вышло.    - Вот и замечательно! - сказал он сам себе.    Спрятав свиток в пенал, а тот - в сумку, Рей надел шлем.    - Добро пожаловать! - сказал женский голос.    - Расскажи мне о лекарствах! - сказал Рей. - Какие здесь есть и как ими пользоваться. А то я забыл...       8.       Ощутив вибрацию браслета на запястье, де Трегье встал из-за стола, за которым ужинал. Сделав упреждающий знак слуге, он поднялся в спальню и там, нажав потайной рычаг, сдвинул в сторону тяжелый шкаф. За шкафом обнаружилась узкая дверка. Граф открыл ее ключом, шагнул в комнату и захлопнул за собой дверь. Шкаф встал на прежнее место, а в потайной комнате загорелся свет. Де Трегье сдвинул на браслете камень. На белой стене вспыхнул экран, и на нем возникло лицо Ника.    - Геннадий Андреевич!    - Здравствуйте, Ник! - сказал граф.    Американец хмуро кивнул.    - Вы не дали мне поесть. Что произошло?    - Модуль в Проклятом лесу запросил данные со спутника. Карту местности.    Граф присвистнул.    - Вы по-прежнему уверены, что это не наблюдатели?    - Поручиться не могу, - пожал плечами граф, - но проверить легко. Достаточно вызвать всех на связь. По очереди. Комп покажет координаты каждого.    - Наблюдателей сто восемьдесят пять!    - Тех, что на другой стороне планеты можно исключить. Если они не вызывали флаер...    - Им не пользовались, - сказал Ник. - Я проверил.    - Тогда тех, кто в империи.    - Я сделал это. Все на местах.    - Вот и ответ на ваш вопрос.    - Я не могу поверить, что это абориген.    - Вы недооцениваете их, я говорил это. Де Бюи учил Номайер, а Карл Фридрихович был умницей. Прирожденный педагог. Из тех, что не впихивают в студентов знания, а учат думать. Как видим, с Рейнольдсом у него вышло. Барон отнюдь не обезьяна, как изволил заметить молодой человек, сидящий сбоку от вас.    Сергей смутился.    - Если барон освоил оружие будущего, что стоит запросить маршрут? Куда он собрался?    - Похоже, что в Киенну. Запрошены снимки к востоку от модуля.    - Воевать за Бар, следовательно, он не собирается. Это меняет ситуацию.    - Каким образом?    - Барон пойдет в Киенну через Проклятый лес. Учитывая агрессивность фауны, обитающей там, ему придется прогрызать себе дорогу. В буквальном смысле. Спрашивается, зачем? Он мог вернуться на тракт и разнести в клочья любую погоню. Остальные побоялись бы преследовать. Из этого вытекают два соображения. Первое: барон не хочет убивать своих. Из стражей, которых он застрелил, один был его приятелем - я проверил. Второе: барон не желает, чтобы об оружии знали посторонние. Он или очень хитер, или необычно честен. Я склоняюсь ко второму.    - Почему? - спросил Ник.    - На его месте я разнес бы столицу. Просто и эффективно. Вынести из гранатомета ворота, забросить за стены термобарические заряды... Стража разбежится, остальные станут ползать на животах. И вот ты - герцог, могущественный правитель, которому начхать на соседей, в том числе Киенну. Дикарь так бы и поступил. Рейнольдс замыслил нечто иное. Почему из всех сценариев он выбрал самый опасный? Знаете, Ник, этот парень все больше мне нравится.    - А мне - нет! - сказал американец. - Что если он захватит Киенну?    - Вдвоем этого не осуществить. Нужны сторонники. В Баре они есть: репутация у барона отменная. А вот в Киенне... Там он никто. Нет, Ник, у Рейнольдса Бюи на уме другое. Знать бы, что? Вы пробовали связаться с модулем?    - Хотите поговорить с бароном?    - Почему бы и нет?    - Раскрыть статус наблюдателя?    - Не думаю, что де Бюи удивится. Не знаю, как он объясняет себе наличие модуля, но ясно, что знает он многое.    - Модуль не отвечает! - встрял Сергей. - Я пробовал. Запрашивает код, а его у нас нет.    - Почему?    - Кто хранит коды списанных кораблей?    - Логично, - согласился граф. - Ладно, друзья! Вы оторвали меня от ужина. Могу я продолжить?    - Приятного аппетита! - буркнул Ник и отключился.    Однако граф в столовую не вернулся. Запустив виртуальную клавиатуру, набрал код, сел в кресло и стал ждать. Прошли не менее пяти минут, прежде чем экран снова вспыхнул. На нем возникло мясистое лицо с крючковатым носом под кустистыми бровями цвета соли с перцем и с пронзительными черными глазами. Лицо принадлежало Хорхе де Эстремадору, маркизу де Бель, графу Д'Анжу, виконту де Бранси, лорду-канцлеру Киеннской империи. В первой своей жизни - Георгию Степановичу Разину, лейтенанту космических войск.    - Какого черта, Гена? - спросил Хорхе, что-то жуя. - Не видишь, я кушаю?    - Мне тоже не дали поесть, - сказал граф. - Будешь слушать, или вернешься к жратве?    - Говори уж! - вздохнул канцлер.    Все время, пока граф сообщал новость, на лице Хорхе даже тени не промелькнуло. "Выучка! - подумал де Трегье. - Даже я так не умею".    - Что ж, - сказал Хорхе, после того, как граф умолк. - Это к лучшему.    - Почему? - удивился де Трегье.    - Если де Бюи доберется в Киенну, это значит, что лес проходим. Мы вышлем людей и заберем оружие. Там его на роту.    - Вооружишь отряд?    - Давно пора! - кивнул Хорхе. - А барон укажет путь.    - Вдруг не захочет?    - Я сделаю ему предложение, от которого он сможет отказаться. Сомневаешься?    Граф покачал головой.    - Тогда, с твоего позволения, я закончу ужин.    - Что у тебя сегодня? - полюбопытствовал де Трегье.    - Фазан под тосканским соусом, мезийский сыр с белой корочкой и десятилетний токай из Шарни.    - Старый чревоугодник! - с завистью пробормотал граф.    - От такого и слышу! - хмыкнул Хорхе и отключился.             - Зачем ты вызывал модуль? - спросил Ник, после того, как де Трегье исчез с экрана.    - Хотел поговорить с бароном.    - Ты в своем уме?    - Послушай, Ник, - сказал Сергей. - Ты прекрасно понимаешь: случилось чрезвычайное происшествие. Нам надо разруливать ситуацию. Годятся любые средства. Этот барон производит впечатление вменяемого. Ведет себя честно. Видно человека благородного происхождения.    - Ах, да! - сказал Ник. - Последнее - самое важное. Я забыл, что ты у нас граф. Послушай меня, ваше сиятельство! В следующий раз, когда вам взбредет в голову нечто подобное, уведомите меня. Если не хотите неприятностей!    Ник встал и вышел.    "Вот ведь сволочь! - подумал Сергей. - И чего прицепился? Нормальный ход..." Он чувствовал себя уязвленным. Ник ударил по больному месту. Графом Сергей действительно был, причем, ни каким-нибудь занюханным, а настоящим британским. Когда-то о нем писали часто и много. Его лицо украшало страницы самых известных изданий, а "фрэндов" на странице в Сети насчитывалось миллионы. Никто и никогда не предполагал такой судьбы для мальчика, осиротевшего в четырнадцать лет. Родители Сергея Левашова погибли в катастрофе флаера, других близких родственников у него не было.    Еще при жизни родители устроили сына в закрытую школу в Лондоне. Они слыли записными англоманами. Сметливого паренька в школе заметили и стали заниматься особо: Британия ценила мозги. Школу Сергей закончил первым в выпуске и поступил в Кембриджский университет. Учился блестяще, к выпуску защитил докторскую диссертацию. Его книга "Закат и рассвет империй. От средних веков - к постглобалистскому обществу" стала бестселлером - и не только в научном мире. Русско-английского ученого (британцы заявили, что это их система образования взращивает такие таланты) завалили премиями. Доктора Левашова цитировали, его без конца приглашали на конференции и приемы, руководители государств удостаивали дарование аудиенциями. Журналисты доктора обожали. Сергей говорил остроумно, его суждения были меткими и парадоксальными, интервью с ним пользовались огромным успехом. В немалой степени этому способствовал и облик знаменитости. Высокий, подтянутый, с красивой фигурой и одухотворенным лицом, молодой доктор стал мечтою женщин. Левашову предлагали сниматься в кино, суля фантастический гонорар. Продюсер заявил: доктору не обязательно играть - достаточно появиться в кадре - и кассовый успех гарантирован. Левашов отказался. "Искусство должно строиться на таланте, а не внешности, - объяснил он свое решение журналистам. - Дешевый успех для него также гибелен, как и для науки". Эти слова породили дискуссию в Сети и стоили продюсеру места: его методы акционеры киностудии сочли неприемлемыми.    Несмотря на славу, в личной жизни доктор был скромен. Никто из папарацци не смог застичь его с женщиной в недвусмысленной ситуации. Эту тему обсуждали. Одни говорили, что доктор чрезмерно занят, другие намекали, что он сторонится женщин. Поэтому известие о помолвке Левашова с Элизабет, герцогиней Йоркской, второй в списке наследников английской короны, взорвало Сеть. Как наперебой сообщали порталы, доктор познакомился с принцессой на одном из приемов. Между молодыми людьми мгновенно пробежала искра. Знакомство переросло в романтические отношения, Левашов сделал Элизабет предложение, которое было принято. Сеть заполнили фотографии помолвленных. Все находили их на редкость красивой парой. Был назначен день свадьбы. Порталы публиковали списки приглашенных, обсуждали детали церемонии. Король удостоил доктора титула графа Шрусбери - якобы за заслуги перед наукой. На самом деле, и это все понимали, выдавать принцессу за простолюдина монарху было не комильфо. Виндзоры сделали вид, что не подозревают об иностранном гражданстве графа - Сергей, несмотря на все уговоры, сохранял российский паспорт. Специальным указом ему даровали британское подданство, тем все и успокоились. Близкие к королевскому дому порталы писали: Левашовы -боярский род, известный своими выдающимися деятелями. О том, что после реформы 1861 года освобожденные крестьяне в России массово принимали фамилии бывших господ, порталы умалчивали. Да и кому это интересно? Красивые истории продаются лучше.    Планета замерла в ожидании свадьбы. Та стал новостью номер один. Виндзоры умели превращать семейные праздники в события планетарного масштаба. Так планировалось и этот раз. Миллионы землян завидовали влюбленным. Что до Сергея, то он просто радовался. Его жизнь, надломленная смертью родителей, выпрямилась и выходила на широкую дорогу. Слава, почет, красавица-жена - что еще нужно для счастья в неполные двадцать семь?    ...Кто и зачем снял тот ролик, осталось неизвестным. Англичане обвинили в этом российские спецслужбы. Дескать, не захотели отдавать Великобритании блестящего ученого. Русские предъявили аналогичные претензии британцам - они помешали русскому парню стать принцем и, возможно, королем Великобритании. Путь даже не правящим. Откуда, скажите, у русских доступ к королевский дворец? На что британцы немедленно возразили: у русских доступ везде, у них вообще длинные руки. Стоить вспомнить расправу над сбежавшими из России олигархами в начале двадцать первого века. Сколько тех умерло при загадочных обстоятельствах? В чем обе стороны сходились, так во мнении, что неизвестный доброхот не желал скандала. Его целью было не расстроить свадьбу, а отравить жениху торжество. Зависть - чувство сильное. Посылая ролик, завистник не ожидал, что история выйдет наружу. Доброхот не был русским...    Получив ролик обычной почтой, Сергей хотел его выбросить: ему слали много чего. Просматривать чепуху, не было времени и желания. Завистник это предусмотрел. На конверте красовалось лицо Элизабет, внутри нашлись две ее фотографии. Причем Элизабет на них была в таких позах, что Сергей немедленно вставил кристалл с записью в комп. К концу просмотра сердце его колотилось. Во рту было сухо. Неизвестный запечатлел пикантную сцену. Двое мужчин и одна женщина предавались разнузданной оргии. Мужчины Сергею знакомы не были, а вот женщину он узнал. Трудно не опознать свою невесту...    Несмотря на шок, Сергей нашел в себе силы собраться. Запись могла быть фальшивкой. Побродив по просторам Сети, Сергей выяснил, как фабрикуется видео. Как ученый, дотошно изучил способы и методы. После чего купил, заплатив немалые деньги, программы, способные уловить след монтажа. Те дали отрицательный результат. Тем не менее, Сергей не верил. Включив коммуникатор, он попросил Элизабет о срочной встрече.    Та примчалась недовольная: оторвали от примерки подвенечного платья. Сергей усадил невесту за комп и включил запись. Сам пристроился сбоку - наблюдать за реакцией.    Если б Элизабет возмутилась, затопала ногами и обозвала его кретином, Сергей попросил бы прощения и уничтожил кристалл. Но невеста только пожала плечами.    - Ну, что? - спросила, отвернувшись от экрана. - Девушке до свадьбы и развлечься нельзя?    - Ты говорила: я твой первый возлюбленный, - напомнил Сергей. - Других не было.    - Это не любовь! - фыркнула Элизабет, ткнув пальцем в экран. - Всего лишь досуг. Зачем ты устраиваешь сцены? Нашел повод!    - С ними, значит, можно? - не согласился Сергей. - А я рожей не вышел? Меня даже не подпустили к постели.    - Успеешь! - хмыкнула Элизабет. - Брачная ночь через три дня.    - Свадьбы не будет, - сказал Сергей.    - Отменишь? - сощурилась Элизабет.    - Непременно.    - Только попробуй! - зашипела она. - Все королевские дома подтвердили присутствие. Будут премьер-министры, нынешний и предыдущий, пэры... Да тебя в порошок сотрут! Разжуют и выплюнут! Кто ты такой? Граф Шрусбери, - протянула она насмешливо. - Русский медведь! Благодарить должен за честь! Запомни! Свадьбу принцессы можно отменить только по причине ее смерти. Или смерти жениха, - добавила Элизабет многозначительно. - Таковы традиции дома Виндзоров. Уяснил?    - Вполне! - ответил Сергей.    После того, как рассерженная Элизабет умчалась, он заказал частный флаер в Москву. Это стоило дорого, но лететь в общем салоне Сергей не мог. Кто-то вылез бы с поздравлениями, пассажиры устроили бы овацию, достали бы мобильные камеры... Не стоило пренебрегать и угрозой. С Элизабет сталось бы привести ее в исполнение. Уж больно разъяренной она выглядела.    Неподалеку от Москвы у Сергея имелся особняк, купленный за одну из премий. Несмотря на пребывание в Лондоне, связь с Родиной он не терял. Он вырос в России и успел ее полюбить. Флаер высадил несостоявшегося принца на лужайке. Сергей скользнул в дом и включил комп. Какое-то время он колебался. Он не любил скандалов. Если б Элизабет согласилась спокойно расстаться... Но она не просто растоптала его чувства, она его унизила и угрожала. А он-то думал, что нашел любовь... Сергей вздохнул и пробежался пальцами по клавиатуре.    Объявление, возникшее на странице Левашова в Сети, было обведено траурной рамкой. "В соответствии с традиции дома Виндзоров граф Шрусбери с прискорбием сообщает: его свадьба с принцессой Йоркской не состоится. Для него она умерла". Ниже разместился тот самый, снятый неизвестно кем ролик.    Объявление появилось в Сети в 19.15 по Гринвичу, а в 19.30 портал рухнул. Рассчитанный на миллионы одновременных посещений, он не выдержал миллиарда запросов. Позже родилась версия о вмешательстве британских спецслужб, что не соответствовало истине: те и доложить-то кому следует не успели. Впрочем, ни их вмешательство, ни падение портала не в состоянии оказались потушить скандал. Объявление немедленно скопировали и разместили на других сайтах. В том числе тех, к которым руки спецслужб не могли дотянуться при всем желании.    Мир отреагировал на новость по-разному. Пока остальные соображали, русские принялись хохотать. В России поняли тонкий британский юмор. Когда другие удивились, русские разъяснили: граф нашел уважительную причину отменить свадьбу. Невеста подсказала. Хохотать стали и остальные. Кроме, естественно, британцев. Кто любит, когда над ним смеются?    Скандал едва не похоронил монархию. Отсмеявшись, пользователи Сети принялись вспоминать, кто из правящей династии отметился в сексуальных скандалах. Список получился очень длинным. Горючего в огонь плеснули актеры порноролика. Если Сергей их не знал, то в Британии вычислили сразу. Охранники Букингемского дворца, получив гонорары от желтых порталов, развязали языки. Оказалось, что принцесса пользуется их услугами едва ли не с шестнадцати лет. Общественность Британии взвыла. Одно дело осознавать себя наследником великих традиций, гордиться страной и династией, и совсем другое, когда тебя тычут носом в дерьмо, сообщая, что наследница престола - шлюха, к тому же беспардонная. К выложенному в Сети порно-ролику как-то сама собой приклеилась запись разговора Элизабет с женихом, в котором она грозила растереть жениха в порошок и даже убить. Даже для английской публики это был перебор. Элизабет считалась девушкой строгих нравов и демократичной в общении. Журналисты называли ее "народной принцессой". Тщательно скрываемый скелет выпал из шкафа.    Люди не прощают кумирам разочарования в них. В Британии развернулся сбор подписей за отмену монархии. Число подписантов росло в геометрической прогрессии. Король в отчаянии вспомнил средневековые прецеденты. Элизабет постригли в монахини и отправили в Африку ухаживать за больными неграми. После чего занялись женихом: Британия не привыкла спускать обиды. За Сергеем приехали.    - Наломал ты дров! - сказал ему российский премьер, простоватый на вид дядька с лысиной в обрамлении щетки из коротко остриженных волос. Весь мир, однако, знал, что внешность дядьки обманчива: на таких постах простецов не держат. - Обратился бы к нам. Мы бы за эту запись столько бы выторговали! - премьер аж закатил глаза. - Свадьбу, ясен пень, похерили бы, но тихо. А пусть "лаймы" разбирались бы со своей блядью. Теперь они требуют твоей выдачи - по обвинению в распространении порнографии. Есть международный ордер.    - Отдадите? - спросил Сергей.    - Хрен им! - премьер показал кукиш. - Еще чего! Но есть нюансы. Будь ты нашим гражданином, вопросов не возникло бы. Конституция не позволяет - и точка! Но ты еще и британский подданный. Тут они в своем праве. Другие страны подключились. Пока держимся, но собачиться не с руки. Нам намекнули о замораживании проектов. Тысячи людей потеряют работу. Тебе надо исчезнуть, сынок! Лет эдак на пару.    - Во глубине сибирских руд?    - Сибирь рядом, - не согласился премьер, - дотянутся. Подальше. Мы тут подумали и решили. Есть местечко, где "лаймами" не пахнет. В свое время отказались финансировать: прибыли нету, а для них это - нонсенс. Свалили проект на нас с американцами. Пусть теперь отсосут! - Премьер жестом показал, что должны сосать "лаймы". - Тебе там понравится. Ты ж у нас до сих пор граф, - Премьер хохотнул, - там это в цене.    Премьер не соврал. Король не посмел лишить Левашова титула. Вот если бы приговор суда... Так Сергей оказался на орбитальной станции. Граф Шрусбери болтался над Геей, где под началом мормона из штата Юта следил за похождениями местной знати.    Сергей вздохнул и пробежался по клавиатуре. Дежурство по орбитальной станции - дело скучное. Каждый из кураторов по-своему коротает часы. Ник крутит ролики о домашних праздниках: он привез их вагон. Мормон обожает свою семью. Сергей переводит на общеимперский стихи земных поэтов. А что? Общеимперский по сути тот же французский, его Сергей хорошо знает. Почему бы не заняться?    Сергей пробежал глазами по списку. Пушкина он уж переводил, Есенина тоже. Последний на имперском не звучит - слишком современно для Геи. Нужен кто-то из более древних.    "А не взяться ли нам за Вильяма нашего, за Шекспира? - подумал Сергей. - Трагедию не потяну, но у него вроде сонеты имеются. Решено!"    И он забегал пальцами по клавиатуре.       9.       Выступить завтра не получилось. Корабль сообщил Рею, что источники питания к лучемету сильно истощены, ими давно не пользовались, для проверки и пополнения заряда требуется время. Рей почесал в затылке и решил использовать ситуацию для обучения спутниц. Но для начала их переодеть.    - Вот! - сказал Рей, выложив перед девушками куртки и штаны странного болотно-зеленого цвета с разводами. - Это одежда. А это белье к ней, - Поверх курток легла еще стопка. - Ваши рубахи под такую одежду не годятся.    - Зачем нам переодеваться? - удивилась Алэйне.    - Мы будем пробираться сквозь лес, ночевать под открытым небом. Через неделю ваши костюмы превратятся в лохмотья. Портных здесь нет, да и ждать, пока сошьют новые, некогда. Путешествовать оборванцами леди не к лицу. Это прочная и удобная одежда, миледи!    В доказательство Рей повернулся перед Алэйне, демонстрируя такой же болотный наряд. Оттопырил многочисленные карманы, показал работу застежек.    - Там и ботинки есть, я поищу нужный размер. Ваши сапоги сделаны из тонкой кожи, в лесу они мигом развалятся.    Облачаться в болотный наряд Алэйне не хотелось, но барон был прав. Бежали они впопыхах, сменной одежды, кроме как по платью и рубашке на каждую, не захватили. Рассчитывали приобрести в пути. Путь в Киенну лежал через оживленные города, купить там одежду - проще простого. Не получилось...    После того, как Рей ушел, девушки заперли дверь и занялись примеркой. Отсек, в котором их разместили, имел зеркало, причем, в рост человека. Начали с белья. Их собственное представляло собой длинные камизы. Под платьем носить удобно, а вот заправлять в штаны... Подол сбивается, натирает тело. Белье, принесенное Реем, было необычным. Очень короткие рубашки - их нижний край не достигает лона, и короткие брэ. Алэйне с Флор, натянув белье, долго хихикали, разглядывая себя в зеркале. Узри их кто в таком виде, обвинений в колдовстве не миновать. В то же время белье было удобным. Почти невесомое, оно приятно облегало тело. Разглядев на брэ гульфик, Алэйне сообразила, что оно мужское. Не приведи Господь, увидит кто...    Верхняя одежда понравилась больше. И куртка, и штаны не жали и не давили, хотя шили их не по заказу. Одежда держалась на чудных застежках, которые смыкались движением пальцев и так же легко расстегивались. Девушки забавлялись с ними, пока в дверь не постучали.    Это вернулся Рей. Бросив на пол короб с ботинками, он усадил Алэйне на койку и стал примерять обувь. Для начала натянув на босые ступни наследницы короткие - до щиколоток - чулки. Алэйне окатила волна удовольствия. Ее спутник, загадочный барон, стоит перед ней на коленях и, подбирая ей ботинки, бережно касается ее ножек. "Словно паж!" - подумала она. Алэйне хотелось, чтоб это продлилось, но ботинки по ноге нашлись быстро. Застегнув их на щиколотках наследницы, Рей занялся Флор. Та протянула барону босые ножки и заулыбалась, когда Рей укрыл их чулками. "Бесстыжая! - подумала Алэйне. - Могла б и сама!"    Ботинки на толстой подошве выглядели громоздкими. Алэйне прошлась по отсеку и убедилась в обманчивости впечатления. Нога в ботинках словно спала, а сами они оказались легкими. Потрогав верх, Алэйне сообразила, что это не кожа, а неизвестный ей материал. Тем временем Рей обул Флор. В завершение обряда предложил женщинам укрыть волосы какими-то дурацкими шапочками, надевавшимися на голову, подобно чулкам. Алэйне с Флор единодушно воспротивились. Хватит с них одежды, в которой смотрятся как чучела! Пусть хоть шляпки будут человеческие! Рей пожал плечами и возражать не стал. Они вышли наружу, и обучение началось.    - Этот называется "пистолет", - Барон показывал женщинам извлеченный из кобуры предмет. - Стреляет пулями подобно арбалету. Только пуль у него много, и он может выпустить их одна за другой. Смотрите!    Барон повернулся к дереву, возле которого они стояли, и вскинул пистолет. Сухо затрещали выстрелы. Алэйне заметила, что сбоку оружия вылетают маленькие предметы. Она нагнулась и подняла один. Предмет представлял собой коротенькую, желтую трубочку, наглухо закрытую с одной стороны. Трубочка была теплой и скверно пахла. Алэйне нахмурилась.    - Здесь нет колдовства, - сказал Рей, это заметив. - Внутри находится вещество, которое, сгорая, выталкивает пулю. Она летит так сильно, что с близкого расстояния пробивает доспех.    - Пахнет серой! - возразила Алэйне.    - Серу используют люди. Например, окуривают помещения, где лежат больные. Ведь так?    Алэйне не нашлась, что возразить.    - А теперь, миледи, смотрите и запоминайте!    К полудню Алэйне пистолет освоила. При стрельбе он толкался в руку и подскакивал вверх, но в ладони лежал удобно. Алэйне даже сумела попасть в дерево, правда, с десятого раза. А вот у Флор не получалось. Как ни уговаривал ее Рей, как ни наставлял, но фрейлина стреляла, закрыв глаза.    - Ладно, - вздохнул Рей, забирая у нее пистолет. - Не убьет, так хоть напугает.    За этим занятием и застал их Люк. Он вышел из леса с арбалетом и, встретившись взглядом с бароном, покачал головой. Рей нахмурился.    - Что случилось? - спросила Алэйне.    - Дичи нет, - вздохнул барон. - Охота не удалась.    - На корабле есть еда.    - Дело не в том. Если дичи нет, значит, ее съели. Хищники голодны и станут нас преследовать. Плохо.    - У нас есть оружие!    - Но мало стрелков. Ладно, миледи! После обеда продолжим.    Обед не затянулся. Еда пришельцев, пресная и невкусная, насыщала, но не доставляла удовольствия. Покончив с ней, Рей принес оружие, которое назвал "автоматом", и стал обучать. В этот раз только Алэйне. На Флор он даже не глянул. Алэйне поняла, что барон счел фрейлину непригодной, и почему-то обрадовалась.    Автомат оказался не сложнее пистолета. Вставить рожок с трубочками, дернуть за ручку сбоку, вскинуть к плечу, прицелиться... Очень похоже на арбалет, а с ним обращаться Алэйне умела. Через короткое время она всаживала пули в ствол дерева - от того только кора летела.    - Замечательно! - сказал барон, забирая автомат. - Вы быстро учитесь, миледи!    Алэйне зарделась от похвалы.    - Теперь лучемет? - спросила, скрывая смущение.    - За полдня не освоите, - возразил барон. - Там много настроек. Дальность выстрела, сила и ширина луча, импульсный и постоянный режим... Я учился владеть им неделю, но сам до конца не освоил. Достаточно, что вы стреляете из пистолета и автомата. Поддержите меня в бою.    - А Люк? - удивилась Алэйне.    - Он не признает оружия пришельцев. Считает, что в нем, - Рей потряс автоматом, - скрыты духи, с которыми грешно иметь дело. Испортят ману.    - Что?    - Посмертную судьбу. По вере меррийцев та зависит от соблюдения правил. Следовал им - попадешь на небо, нарушал - бросят на дно пропасти, где грешников терзают чудовища. Общение с духами - это против правил. Тяжкий грех.    - Как у христиан.    - В этом наши религии схожи, поэтому Люк и крестился. Но убеждений не изменил. Он даже одежду, в отличие от нас, не меняет. Считает: та от "духов".    - Люк осуждает вас?    - Мерриец не вправе порицать сеньора. К тому же, по мнению Люка, я призвал "духов" для мести. А она - дело благое.    - Вы использовали "духов" против норгов?    - Иначе б не справился. У меня было сорок шесть воинов, а кочевников - тысяча.    - Расскажите! - попросила Алэйне.    - В другой раз, - отговорился барон. - Забот много.    Он закинул на плечо автомат и скрылся внутри корабля. Алэйне, поколебавшись, присоединилась к Флор, которую Люк учил обращению с ножом. Увидев наследницу, шевалье поклонился и протянул ей нож. Сделав из веток чучело, мерриец показывал, как в него бить. Причем, как заметила Алэйне, нож был из арсенала пришельцев. Видимо, на него предубеждения Люка не распространялись. Нож и в самом деле оказались хорош: с удобной рукоятью, с не слишком длинным, но остро отточенным лезвием, к тому же зачерненным. Женщины прыгали и пыхтели, нанося удары, мерриец останавливал их, показывая, как нужно делать правильно; так они и провозились до вечера. Время от времени Алэйне замечала Рея. Тот вытаскивал из корабля какие-то трубы, сумки, а затем явился с предметом, отдаленно похожим на автомат. Только этот был длиннее и тяжелее. Барон установил его на откидные ножки, прилег и прицелился в покалеченное выстрелами дерево. В следующий миг "автомат" заревел, выбрасывая из кончика трубы пламя. Дерево вздрогнуло, зашаталось и переломилось, рухнув вершиной на близлежащие кусты. Мерриец и девушки застыли, раскрыв рты. Рей встал, удовлетворенно гмыкнул и утащил "автомат" к общей куче.    Алэйне сбегала за шпагой и жестом пригласила меррийца пофехтовать. Тот осклабился и принес меч. Спустя мгновение Алэйне поняла, что ее, если и учили, то не тому и не так. Люк раз за разом выбивал шпагу из ее рук, причем, как видела Алэйне, не особо напрягаясь. Нахмурившись, она вложила шпагу в ножны и обернулась. Рей стоял у корабля, сложив на груди руки. Без сомнения он все видел.    - Идем ужинать! - сказал он и скрылся внутри.    После еды женщины легли отдохнуть. Флор сразу затихла, а Алэйне не спалось. Она ворочалась, вспоминая вчерашний разговор с Реем, события сегодняшнего дня и, наконец, решительно встала. Барон нашелся снаружи. Он сидел у костерка с меррийцем и о чем-то с ним беседовал. Причем, говорил один Рей, Люк отвечал жестами.    - Не помешаю? - спросила Алэйне, приблизившись. - Не могу спать в этой бочке! В ней даже окон нет!    - И мне неуютно, - сказал Рей. - Люк вовсе ночует на воздухе - меррийцы любят простор. Присаживайтесь, миледи!    Алэйне последовала совету.    - Пришельцы живут в кораблях, не выходя, - продолжил барон. - До их планеты месяц пути.    - Откуда знаете? - удивилась Алэйне.    - Корабль рассказал. Он показал мне их мир. Я не хотел бы там жить.    - Отчего?    - У них высокие дома - выше этих деревьев, тесные комнаты в жилищах, запруженные улицы, суета на земле и в небе. Здесь лучше.    Рей замолчал, и некоторое время возле костра было тихо.    - Я могу с вами поговорить? - спросила Алэйне.    Барон кивнул. Люк встал и скрылся в темноте.    - Хороший у вас вассал! - сказала наследница.    - Он не вассал! - возразил Рей.    - А кто?    - Брат, - ответил барон. - Названный, но близкий.    - А родные у вас есть?    - Только сестры.    - Где они?    - Живут с мужьями.    - Вы давно их видели?    - Лет пять тому.    - Почему так давно?    - Им не нравилась Тея. Взять в жены меррийку, к тому же бесприданницу, они сочли мезальянсом. Не явились на свадьбу, не отвечали на письма. Это они еще не знали о ее прошлом... - Барон помолчал. - Сами понимаете, пока Тея жила, я не рассказывал.    "Сожалеет, что проговорился", - поняла Алэйне.    - А ваши родители?    - Отец умер, когда мне было двадцать, мать - годом раньше. Эта она захотела, чтоб я учился.    - Для чего?    - Мать была дочкой столяра, замуж вышла за мечника, и не ожидала, что муж станет бароном. Ей казалось, что земли, титул, которые пожаловали отцу, недолговечны. Всегда могут отобрать. Что станет с сыном? Мужчина должен кормить семью. Она хотела, чтоб я выбился в стряпчие, - Рей усмехнулся. - В ее представлении это было почтенным и выгодным ремеслом. Отец не возражал, меня отправили в Киенну. Сами понимаете, учиться я не хотел. Когда отец умер, я бросил учебу и вернулся в Бюи. Вовремя.    - Почему?    - Зятья положили глаз на баронство. Решили, что я останусь в Киенне, согласившись с судьбой стряпчего. В замке распоряжался их человек. Я вышвырнул наглеца, попросив передать зятьям, чтобы захлопнули рты. Бюи - мое наследство. Укреплению родственных отношений это не способствовало. Женитьба на Тее стала последним камнем в стену меж нами. Сестры кривились: взял безродную! Смешно, когда о чистоте крови пекутся потомки простолюдина.    - Мой отец был сыном сапожника, - сказала Алэйне. - Начинал простым солдатом.    - И стал герцогом, женившись на сестре короля.    - Это был брак по любви.    - Трудно поверить.    - Теме не менее, правда! Отцу было двадцать шесть, а матери - восемнадцать, когда они встретились. Она влюбилась в него без памяти. Отец был красив, отважен, умен - и свободен. Он обещал матери, что женится, просил ее руки. Родители мамы пришли в ужас. Двоюродная сестра короля! Герцогиня! За капитана из простолюдинов? Отцу отказали, мать выдали за герцога Беррийского - старикашку, успевшего похоронить двух жен. Отец пообещал, что не отступится. За войну с Ингрией его произвели в маршалы. Ему предлагали блестящие партии, но он ждал своего часа. Когда восстал Бар, в ту пору императорская провинция, против мятежников послали Родгера. Он завоевал провинцию, но короне не вернул. Объявил себя герцогом. Королю написал, что станет вассалом Киенны, если получит овдовевшую к тому времени герцогиню Беррийскую. Король не стал воевать с лучшим своим маршалом, родители воссоединились.    - Не знал! - покачал головой Рей.    - Об этом мало, кто знает, - сказала Алэйне. "Я расплатилась за твою тайну?" - подумала она. - Я была поздним ребенком и потому - единственным. Мать переживала, что у них нет сына, а вот отец - нет. Он учил меня многому, приказывал учиться у других.    - Помню, - кивнул Рей. - Уроки фехтования. Почему вы просили меня?    - Вы были красивым и веселым. Девушки любили вас. Мне хотелось похвастаться: вот мой учитель! Но вы отказались, и я пожаловалась отцу. Он ответил: "Оставь Рея в покое! Гвардеец не будет возиться с девчонкой! Над ним станут смеяться!"    - Он был мудрым человеком, - согласился Рей.    "Пока не женился вторично!" - мысленно вздохнула Алэйне. Рей, видимо, подумал о том же, но промолчал.    - Я хотела спросить вас, - сказала Алэйне. - Почему вы со мной?    - То есть? - удивился Рей.    - Почему согласились помочь?    - Ну... - Рей пожал плечами. - У меня не было выбора. Без вас мог не выбраться. И вы пообещали награду.    - Вы могли отобрать векселя. Сразу, как оказались за стенами. И никто бы не упрекнул. Разве не так?    - Да, - произнес Рей задумчиво. - Многое изменилось в Баре за пять лет. В то время даже такая мысль не пришла бы в голову. Не знал, что вы столь высокого мнения обо мне. Благодарю!    - Не обижайтесь! - Голос Алэйне дрогнул. - Вас позвали убить меня. Когда я увидала вас в зале... У вас было такое лицо... Я подумала, что вы исполните приказ мачехи.    - Я заметил, что вы испугались, - сказал Рей, - но не знал, почему. Вы еще посочувствовали мне.    - Решила, что это пробудит в вас сострадание.    - Отец хорошо учил вас! - кивнул Рей.    - Простите!    Алэйне встала.    - Присядьте! - остановил он.    Алэйне подчинилась.    - Раз завели разговор, давайте проясним. Итак. Я дал обещание доставить вас в Киенну. Слово намерен сдержать. Возражения есть?    - Нет! - сказала Алэйне.    - Я старше вас на одиннадцать лет. Бывал в походах, воевал. Мне лучше известно, что делать в опасности. Если я требую чего-то, то не из прихоти или желания покуражиться. Просто так нужно. С этим согласны?    - Да! - подтвердила Алэйне.    - Нас ожидает опасный путь. Все люди смертны. Мы будем стараться сберечь вас, но сами можем погибнуть. Если умру я, Люк меня заменит. Слушайтесь его, как меня. Он привезет вас в Киенну, и вы заплатите ему все двести тысяч. Идет?    - Да!    - Спокойной ночи, миледи!    Алэйне встала, сделала шаг, но внезапно обернулась.    - У меня просьба.    - Да?    - Постарайтесь не погибнуть! С вами хоть поговорить можно.    "И вас в отличие от меррийца я не боюсь!" - хотела добавить она, но сдержалась.    Рей пожал плечами. Алэйне повернулась и пошла к кораблю. Из темноты выскочил Люк. Он поклонился наследнице и проводил ее взглядом.    "Ну и парочка! - подумала Алэйне, забираясь внутрь. - Сумасшедший барон, разговаривающий с духами, и мерриец, притворившийся немым. Барон хоть благородный человек, а тот зарежет - и глазом не моргнет. Что нашла в нем Флор? Путешествовать в такой компании до самой Киенны... Как выберемся из леса, заплачу - и пусть убираются! По дороге мы сами доедем!"    Приняв решение, Алэйне успокоилась. Спустя короткое время она спала.       10.       Горбун в черном дублете с перламутровыми пуговицами и такого же цвета шоссах без башмаков, но подшитых снизу кожей, втащил в спальню жаровню. Пыхтя, поднес ее к пуфику, на котором восседала герцогиня, и стал разувать угли, махая над решеткой веером.    - Я заждалась, Сисар! - недовольно сказала Элеонора. - Где тебя носит?    - Выполнял ваше поручение, - ответил горбун. - Я давно советовал вашей светлости взять себе другого парикмахера. Мне трудно совмещать столько обязанностей.    - Другие не могут, как ты! - возразила Элеонора. - Они перекаляют щипцы и жгут волосы. Могут и кожу прижечь. Ты лучший!    - Надеюсь, не только в завивке! - усмехнулся Сисар. Он бросил на решетку щипцы и принялся причесывать герцогиню извлеченным из сумки гребнем. - Сидите смирно, ваша светлость! Не то и у меня щипцы сорвутся.    Элеонора подчинилась. Горбун взял щипцы и ловкими, отточенными движениями стал завивать локоны вокруг ее лба. Покончив с ними, принялся заплетать волосы, укладывая косы короной.    - Что узнал? - не удержалась Элеонора. - Кто помог этой мерзавке бежать?    - Никто из тех, кто остался в Баре, ваша светлость.    - Быть такого не может!    - Увы, ваша светлость.    - Ты хорошо искал?    - Вы сами сказали, что я лучший, - хмыкнул горбун. - Мы допросили всех: слуг, стражу, даже портных и белошвеек наследницы. Алэйне никого не посвящала в свои замыслы.    - Хорошо спрашивали?    - Вы меня знаете, ваша светлость. Я умею накалять не только эти щипцы, - Сисар указал на жаровню.    - Как тогда она снеслась с Рейнольдсом? Без пособника не обошлось.    - Его не было.    - Не верю!    - Позвольте рассказать, ваша светлость. Для начала мы тщательно обыскали покои наследницы и, к своему удивлению, не обнаружили там ни одной ценной вещи. Даже крохотной сережки.    - Что тут удивительного? Увезла с собой.    - Покойная герцогиня оставила дочери богатое наследство. Только драгоценностей весом в десяток фунтов. Плюс золото и серебро в монетах. Чтоб увезти это, понадобился бы огромный сундук или несколько мешков. Их у беглецов не было. Так уверяют стражники, и я склонен им верить.    - Куда ж подевались золото?    - Его продали.    - Невозможно сбыть такое количество и остаться незамеченным.    - Вот и я так подумал. Стал наводить справки и выяснил, что у наследницы бывал де Трегье. Она его тоже навещала: намного чаще, чем того требует этикет. У графа связи с киеннскими банкирами, это всем известно. Думаю, Алэйне этим воспользовалась. Она ездила к графу в карете. Вынести золото не составило труда, а вещи наследницы не подлежат досмотру. Тяжелые драгоценности превратились в легкие векселя.    - Зачем это ей?    - Готовилась к побегу. Причем, давно.    - Это бессмыслица! Через месяц она становилась герцогиней.    - Она знала о ваших планах, ваша светлость.    Герцогиня дернулась, едва не вырвавшись из рук горбуна.    - Прошу вас! - нахмурился тот. - Я мог уколоть вас шпилькой.    - Откуда? - прохрипела Элеонора. - Кто проболтался?    - Вы сами, ваша светлость!    Герцогиня снова едва не дернулась, сдержавшись в последний момент. Сисар закрепил косу, отступил и осмотрел прическу со всех сторон.    - Замечательно! Вы прекрасны, ваша светлость!    - Не заговаривай, зубы! - сморщилась Элеонора. - Рассказывай!    - Лучше покажу!    Горбун отошел в угол и вернулся с шестом, с помощью которого зажигали и гасили свечи на люстре. На конце шеста имелся крюк - цеплять фитиль или колпачок для гашения. Подойдя к гобелену, укрывавшему одну из стен, Сисар ткнул крюком в глаз изображенного на гобелене оленя.    - Видите, ваша светлость?    - Что?    - Крюк скрылся в гобелене. В нем отверстие и, к сожалению, не только в нем. За отверстием - окошко, через которое можно подслушивать и наблюдать. К окошку ведет галерея внутри стены, очень узкая, но человеку пройти можно.    - Ты знал это? - нахмурилась Элеонора. - Раньше?    - Нет, ваша светлость. Никто во дворце не знал, кроме вашей падчерицы. При обыске в ее покоях мы обнаружили странный ключ. Он не подходил ни к одной двери. Сначала я предположил, что ключ от комнаты тайных свиданий где-нибудь в городе. Однако допрос слуг не подтвердил этого. Я понял, что нужно искать дверь. Мы потратили два дня, но нашли. Тайник спрятан в шкафу вашей падчерицы. Задняя стенка сдвигается, а за ней - дверь. Сделано ловко, не сразу заметишь. Ход ведет в галерею, а та опоясывает дворец. Подслушивать и подглядывать можно не только в вашей спальне. Так что Алэйне все знала.    - Дьявол! - воскликнула Элеонора.    - Нечистый здесь не причем, - возразил горбун. - Кто-то показал наследнице галерею. Думаю, какой-нибудь слуга.    - Отыщи его! - приказала герцогиня.    - Уже пытался. Скорее всего, слуга умер. Я умею допрашивать, ваша светлость, и если б такой нашелся...    Элеонора задумалась.    - Ей все равно нужно было сговориться с Бюи, - сказала, покачав головой. - Кто-то помог.    - Вряд ли. Представьте, Алэйне подслушивает ваш разговор с бароном. Узнает о ваших планах и о том, что Рейнольдс отказался стать убийцей. К бегству у нее все готово, дело - за сообщником. Она ищет его. И вдруг появляется человек, который из-за нее отказался от герцогской короны. Нельзя терять такую возможность! Алэйне с фрейлиной переодеваются, садятся на коней и скачут на постоялый двор к барону. Где наследница предлагает ему деньги, думаю, что весьма немалые. Кто устоит в такой ситуации? К тому же Рейнольдс осознавал: своим отказом обидел вас. Многое в этой жизни случается вдруг, побег наследницы это подтвердил. Вам не следовало звать де Бюи в Бар, я предупреждал.    - Думала, он не забыл меня, - пробормотала герцогиня.    - Память у него оказалась отменной, но, к сожалению, не только на доброе. Такие люди, как Рейнольдс, не прощают предательства или то, что таковым считают. Вы отвергли его ради герцога, а, овдовев, не вспомнили сразу    - Он тоже женился, - пробормотала Элеонора. - Спустя два месяца после моей свадьбы. Да еще на меррийке! Ладно, теперь это не важно. Барон с мерзавкой забрались в Проклятый лес, оттуда живыми не возвращаются.    - Хотел бы согласиться с вами, ваша светлость, но не могу.    - Что? - вскричала Элеонора. - Ты что-то узнал?    - Час тому, ваша светлость.    - И ты медлил?    - Ваш камердинер строго-настрого приказал идти к вам с щипцами. Пока я разжег угли...    - Я тебя убью! - сжала кулаки герцогиня.    - И лишитесь преданного слуги. Я говорил, что нельзя совмещать обязанности.    - Говори, что узнал!    - Рейнольдс бывал в Проклятом лесу. Вернулся оттуда живым и здоровым.    - Откуда сведения?    - Из замка Бюи.    - Как добыл?    - После того как вы, вопреки моим возражениям, направили гонца к барону, я решил разузнать о нем подробно. Рейнольдс мог стать герцогом и, следовательно, моим хозяином. Узнать его ближе не мешало, ведь так, ваша светлость? Мой человек отправился за гонцом, но, в отличие от того, задержался в баронстве. Важные сведения не добываются быстро. Нужно много вина и денег; мой человек не жалел ни того, ни другого. Он выдавал себя за купца, который опасается норгов. Как торговать, если те могут напасть? Его успокоили, сказав, что норги откочевали. "Купец" притворился, что не поверил. Никому не удавалось прогнать норгов! Тут языки и развязались. "Купцу" под большим секретом сообщили, что барон одолел кочевников, применив страшное оружие, которое добыл в Проклятом лесу.    - Басни! - хмыкнула Элеонора.    - Мой человек сказал тоже самое. Тогда его попросили объяснить, как полусотня конных латников, которой располагал барон, смогла уничтожить тысячу норгов, не потеряв при этом ни одного человека?    - Откуда известно, что норгов была тысяча?    - Барон взял богатую добычу, которую сбыл местным купцам. Кони в сбруе, седла, оружие... Считать купцы умеют. Все совпало.    - Я не поверила Рею, - произнесла герцогиня, помедлив. - Мужчины любят преувеличить.    - Только не он. Другой на месте барона устроил бы грандиозный пир, похвалялся бы победой. Написал бы вам, требуя награды. Ничего этого он не сделал. Более того, запретил воинам рассказывать о сражении. Несколько странно, не правда ли?    - Барон привел из леса чудищ?    - Не думаю. Тех не удалось бы спрятать.    - Что у него за оружие?    - Моему человеку не удалось узнать. Его любопытство насторожило местных. На "купца" стали коситься, и он поспешил уехать.    - А если барону повезло? Ночью напал на норгов и вырезал тех спящими? А оружия никакого нет?    - Есть, ваша светлость! Помните убитую погоню?    - Их расстреляли из луков, - пожала плечами Элеонора.    - Все так подумали. Но у барона и его оруженосца луков не было.    - Сообщники ждали в засаде.    - Засада оставляет следы. Стражей убили на пути через лес, стрелять там можно только из-за деревьев. Но между ними - густой кустарник. Лучники его б проредили - иначе не прицелиться. Однако кустарник не тронут, мои люди проверили. В лес вообще не заходили! Я, как и вы, не придал значения смерти стражей: убили, так убили. Но мне донесли: подробностями интересуется де Трегье.    Лицо Элеоноры вытянулось.    - Да, ваша светлость! - подтвердил горбун. - Граф заплатил немалые деньги, чтобы осмотреть тела. Спрашивается, зачем? С каких пор империю интересует смерть нескольких воинов? Я, в свою очередь, велел провести тщательный осмотр. И вот что обнаружил!    Сисар извлек из сумки и положил на ладонь герцогини бесформенный комок металла.    - Что это? - удивилась Элеонора, разглядывая.    - Полагаю, что пуля. Она пробила доспех стража, затем его тело и застряла в кольчуге на спине.    Элеонора брезгливо сморщилась и хотела бросить пулю, но горбун ловко перехватил.    - Представьте силу оружия, способное проделать подобное! Это не арбалет. К тому же пуля слишком мала. У барона есть нечто особенное!    - Он говорил, что в состоянии себя защитить, - прошептала Элеонора. - Я не поверила.    - Зря, ваша светлость! А теперь представьте. В Проклятом лесу есть нечто или некто, снабжающий барона смертоносным оружием. Дьявол ли это или бес, нам не ведомо. Нам интересны последствия. С помощью дьявольского оружия Рейнольдс уничтожил орду норгов. Что мешает сделать это с Баром?    - Нет! - покачала головой Элеонора. - Если б он мог, то не стал бы убегать.    - Вы не правы, ваша светлость! Давайте подумаем. Зачем де Бюи ехал в Бар? Понятно, что не сражаться. Его ждали милости, а не война. Поэтому он не взял с собой воинов, как и само смертоносное оружие. Разве что нечто малое. В Баре ситуация изменилась, барону пришлось бежать. Как поступили бы мы на его месте? Вернулись в Бюи, собрали войско, вооружились... Но погоня, высланная вслед, дала возможность барону понять: добраться ему не позволят. С погоней ему удалось справиться, но стражей было лишь семеро. А если догонит сотня? У барона мало бесовских пуль, или его оружие вышло из строя. Что делать? Идти в Проклятый лес за помощью. Де Бюи так и поступил.    - Вы пугаете меня Сисар! - воскликнула Элеонора.    - Сам трясусь! - вздохнул горбун. - Алэйне, став герцогиней, захочет вас казнить. Вряд ли у нее это выйдет. Требуется согласие короля, а он его не даст - дурной пример заразителен. А вот со мной церемониться не станут. Наследница знает, кто советовал ее убить. В лучшем случае меня удавят в темнице, могут и на кол посадить, - Сисар сморщился.    - Рейнольдс собирается напасть на Бар?    - Для этого нужны люди, у него их нет. Думаю, барон переждет, пока уляжется шум, и отправится в Бюи. Возьмет войско, вполне вероятно, что к нему присоединятся другие мятежники...    - Его надо перехватить! Выслать войско и окружить Проклятый лес!    - Оставив Бар без защиты? Вы помните, что барон сотворил с норгами?    - Что делать? - нахмурилась Элеонора.    - Отправить на поиски войско вассалов. Тех, что заперлись в Дурге.    - Мятежников?    - Именно! Пусть они ловят Рейнольдса. Если барон в стычке уменьшит количество мятежников, нам это на пользу, не так ли?    - Ты очень умен, Сисар! - покачала головой герцогиня.    - За то меня и жалуют! - поклонился горбун.    - Осталось уговорить графа Готарда. Это легко сказать...    - Пообещайте ему!    - Что?    - Что угодно! Например, стать его женой.    - Граф женат.    - Тогда право ему и его сподвижникам решать, кто будет править Баром.    - Он не поверит.    - Если пришлете письмо. А если сами явитесь в Дург?    - Отдаться в руки мятежников? Ты в своем уме? Они убьют меня!    - Не посмеют! Зачем убивать герцогиню, которая и без того в их власти? Это ввергнет Бар в междоусобицу, знать станет спорить за трон, прольется много крови. Готард умен, и понимает это. Войны он не хочет. К тому же за нас будет Киенна.    - Уверен?    - Я говорил с де Трегье. С империей ссориться графу не с руки. А теперь представьте: войско Готарда схлестнется с Рейнольдсом. Барон с его смертельным оружием проредит число мятежников и, очень вероятно, что убьет самого Готарда.    - Они могут договориться. Не забывай, что с бароном наследница!    - Которую дворяне терпеть не могут за ее порочные наклонности? Готард - ревностный католик, человек строгих нравов. Он не захочет герцогиней развратницу.    - А де Бюи? Готард ценит его. Он может не признать наследницу, но поладить с бароном.    - Мы направим с графом своего человека. Если он заметит, что дело пошло не так, то убьет де Бюи. Например, на дуэли. Или исподтишка. Заодно - и наследницу.    - Кто этим займется? Есть кто на примете?    - Шевалье де Куртье, лучший меч Бара.    - Он согласится?    - Де Куртье беден. Пожалуйте ему Бюи, вашим указом изъятое у Рейнольдса, пообещайте другие милости... Вы умеете уговаривать мужчин.    - Ладно, - вздохнула Элеонора. - Где шестьдесят четыре, там и шестьдесят пятый... Но если впустую? Рей и падчерица сгинут в лесу, мятежники с Готардом вернутся невредимыми и потребуют исполнения обещания?    - Для начала им нужно взять Бар. У нас полно солдат и припасов. Они постоят и пойдут на уступки. У них нет выбора. Вы единственная, чье право на трон в отсутствии Алэйне бесспорно. Только вас признает Киенна. Разумеется, мятежники выдвинут ворох условий, вам придется их принять, но с этим разберемся позже. Сейчас нужно сохранить трон. Он под вами качается. Согласны?    - Да! - кивнула Элеонора.    - И еще, ваша светлость! Я уверен: барон выйдет из леса. Он это сделал раз, выберется снова. Стычки с Готардом ему не миновать. Мы уничтожим своих врагов их же руками.    - Осталось решить, что сказать в Дурге? - вздохнула Элеонора.    - У меня есть мысли на этот счет, - улыбнулся горбун...       Камиза - нижняя рубашка.    Разновидность кальсон в средние века. Как правило, длиною на уровне или чуть ниже колена.    Мужская верхняя одежда в виде короткой куртки с рукавами.    Мужские колготы из различных тканей.                                 

.

Сайт - .. || ..


Источник: http://samlib.ru/d/drozdow_anatolij_fedorowich/obezjana.shtml


Как сделать потайной люк фото



Как сделать потайной люк

Как сделать потайной люк

Как сделать потайной люк

Как сделать потайной люк

Как сделать потайной люк

Как сделать потайной люк

Как сделать потайной люк

Как сделать потайной люк

Как сделать потайной люк

Как сделать потайной люк

Как сделать потайной люк

Как сделать потайной люк

Как сделать потайной люк

Как сделать потайной люк

Как сделать потайной люк

Похожие записи: